Полное собрание сочинений. Том 33. Воскресение. Черновые редакции и варианты

Съ перваго же дня Валерьянъ почувствовалъ себя совс?мъ влюбленнымъ въ нее. Голубинькое полосатое платьице, повязанное чист?йшимъ б?лымъ фартучкомъ, обтягивающимъ стройный, чуть развивающiйся станъ съ длинными красивыми руками, гладко-гладко причесанные чернорусые волосы съ большой косой, небольшiе, но необыкновенно черные и блестящiе глаза, румянецъ во всю щеку, безпрестанно затоплявшiй ей лицо, главное же, на всемъ существ? печать чистоты, невинности, изъ-за которыхъ пробивается охватившая уже все существо ея любовь къ нему, пл?няли его все больше и больше.

Такая женщина въ эти два дня казалась ему самой той единственной женщиной, которую онъ могъ любить, и онъ полюбилъ ее на эти дни вс?ми силами своей души. Онъ зналъ, что ему надо ?хать и что не зач?мъ теперь оставаться на день, два, три, нед?лю даже у тетокъ, – ничего изъ этого не могло выдти; но онъ не разсуждалъ и оставался, потому что не могъ у?хать.[10 - Зач.: Церковь была въ верст? отъ дома, а съ утра въ великую субботу начались разговоры о томъ, какъ ?хать тетушкамъ: въ саняхъ или въ пролетк?. Р?шено было въ саняхъ. Валерьянъ <сопровождалъ ихъ> оставался дома.]

Въ заутреню тетушки, отслушавъ всенощную дома, не по?хали въ церковь;[11 - Зач: и Валерьянъ остался.] но Катюша по?хала съ Матреной Павловной и старой горничной – они повезли святить куличи. Валерьянъ остался было тоже дома; но когда онъ увидалъ, что Катюша у?хала, онъ тоже вдругъ р?шилъ, что по?детъ. Марья Ивановна засуетилась.

– Зач?мъ ты не сказалъ, мы бы большiя сани вел?ли запречь.

– Да вы не безпокойтесь, тетушка. Теперь и на колесахъ и на саняхъ хуже. Вы не безпокойтесь, я съ Парфеномъ (кучеръ) устрою. Я верхомъ по?ду.

Такъ Валерьянъ и сд?лалъ. Онъ прi?халъ къ началу заутрени. Только-только онъ усп?лъ продраться впередъ къ амвону, какъ изъ алтаря вышелъ священникъ съ тройной св?чей и зап?лъ «Христосъ воскресе». Все было празднично, весело, но лучше всего была маленькая, гладко причесанная головка Катюши съ розовымъ бантикомъ. На ней было б?лое платьице и голубой поясъ.

И Валерьяну все время было удивительно, какъ это вс? не понимаютъ, что она царица, что она лучше, важн?е вс?хъ. Она вид?ла его, не оглядываясь на него. Онъ вид?лъ это, когда близко мимо нее проходилъ въ алтарь. Ему нечего было сказать ей, но онъ придумалъ и сказалъ, проходя мимо нея: «Тетушка сказала, что она будетъ разгавливаться посл? поздней об?дни». Молодая кровь залила все милое лицо, и черные глазки, см?ясь и радуясь, взглянули на Валерьяна.