Полное собрание сочинений. Том 33. Воскресение. Черновые редакции и варианты

Теперь только вся эта ложь сразу соскочила съ него.

Проходя Арбатскими воротами, онъ вспомнилъ, что об?щалъ об?дать Кармалинымъ.

«Н?тъ, не пойду, – подумалъ онъ, чувствуя такой полный разладъ между своимъ теперешнимъ настроенiемъ и настроенiемъ ихъ дома, что ему показалось невозможно сид?ть среди нихъ, слушать ихъ, говорить съ ними. – Н?тъ, не пойду».

И онъ вернулся домой въ свою большую, роскошную квартиру, въ которой онъ жилъ съ матерью, въ которой онъ продолжалъ жить, оставивъ и лакея и повара.

Теперь, войдя въ свою столовую съ р?знымъ дубовымъ шкапомъ и стульями и каминомъ и заглянувъ въ гостиную съ ея драпировками, роялью, цв?тами и картинами, все это показалось ему ч?мъ то постыднымъ. Какъ могъ онъ такъ перем?ниться и дойти до этого. «Все, все не то. Все это перем?нить надо, – говорилъ онъ себ?, – все это обманъ, все это ширмы, скрывающiя праздность, развращенность, жестокость. Ширмы, какъ эти выжженныя Алиной, которыя я купилъ на базар?. Базаръ съ разряженными дамами въ дорогихъ туалетахъ, продающихъ шампанское, цв?ты, в?ера для б?дныхъ. Ложь, ложь, ложь! И я весь по уши въ ней». На столик? за ширмами[115 - Зачеркнуто: было письмо, про которое сказалъ Провъ, встр?чая его. Письмо было толстое, с?рое, подд?лка подъ грязную бумагу, но пахло какимъ то апопонаксомъ. <«Какова степень паденiя, что я знаю, что есть на св?т? апопонаксъ».>] была еще записочка отъ Алины. Въ записочк? было[116 - Зач.: красивымъ почеркомъ, не по французски, а по русски, но по русски въ томъ же смысл?, какъ бумага была с?рая:] написано: «maman велитъ сказать Вамъ, чтобы Вы не вздумали гд? нибудь об?дать, выходя изъ суда. Если Вы не освободитесь къ 6-ти, то все равно об?дъ будетъ ждать Васъ хоть до ночи. Maman dit que c’est le moins de ce que puissent faire les bonnes citoyennes pour ceux, qui administrent la justice dans l'inter?t de tous. Venez donc absolument ? quelle heure que cela soit.[117 - [Матушка говорит, что это самое меньшее, что могут сделать добрые гражданки для тех, кто отправляет дело правосудия в общих интересах. Приходите же непременно, когда угодно. А. К.»]] A. С.»

Все это: эти французскiя фразы, эти шуточки, не шуточки, a какiя то игривости, въ которыхъ никогда нельзя было понять, гд? кончается иронiя и начинается серьезное, все это, преждe даже нравившееся ему, показалось ему теперь не то чтобы противнымъ, а жалкимъ и грубымъ, какъ грубыя декорацiи, когда смотришь на нихъ не со сцены, а изъ за кулисъ.