Полное собрание сочинений. Том 33. Воскресение. Черновые редакции и варианты

Онъ об?щалъ разм?нять и принести ей и, распросивъ о томъ, что считалъ нужнымъ, и занявшись д?ломъ, забылъ о ней. Тогда она обратилась съ просьбой къ прохаживавшему мимо нея съ гусиной шеей и головой на бочекъ рабол?пному въ суд? судебному приставу; но приставъ вдругъ почему-то разсвир?п?лъ и, не глядя на нее, съ налившимися кровью глазами закричалъ:

– Какъ же, сейчасъ все брошу, буду теб? служить!

Судебный приставъ такъ измучался униженiями, что ему захот?лось поважничать, и онъ набросился на Маслову. Но, взглянувъ на нее, ему стало жалко.

– Смотритель то вашъ что думаетъ.

– Виновата, я думала что.. – робко сказала Маслова.

– Смотритель вашъ долженъ васъ накормить, – проговорилъ судебный приставъ и ушелъ.

– ?шъ, когда голоденъ, – сказалъ тогда чувашинъ рябой, подавая ей полломтя хл?ба съ половинкой яйца.

Она поблагодарила чувашина и только что откусила два раза, какъ ихъ позвали опять въ судъ, и она должна была оставить хл?бъ на подоконник?. И такъ она просид?ла не ?вши до конца зас?данiя.

И посл? зас?данiя не могла бы по?сть (защитникъ, об?щавшiй ей 20 копеекъ, забылъ про нее), если бы не прислала ей денегъ, совершенно неожиданно для нея, Каролина Альбертовна Розанова, ея бывшая хозяйка.

** № 56 (рук. № 15).

12.

По т?мъ же переулкамъ, по которымъ вели Маслову въ судъ утромъ, провели ее и вечеромъ.

Вечеръ былъ прекрасный. Мостовыя уже были вс? сухи и кое гд? пылили. Конвойныхъ съ арестанткой беспрестанно обгоняли коляски и пролетки ?дущихъ за городъ. Извощикъ лихачъ, бритый, съ черными усами на с?ромъ жеребц? и въ низкой пролетк? на шинахъ, на которой сид?лъ молодой челов?къ, обнявъ рукой нарядную женщину, совс?мъ было налет?лъ на конвойныхъ.

– Легче! Аль не видишь! – крикнулъ на извощика городовой. Но извощикъ не отв?чалъ, только оглянулся улыбаясь на с?доковъ, и с?доки что то крикнули и громко засм?ялись.[218 - Зачеркнуто: Маслова взглянула на пролетку. «Въ каторгу» – и вздохнула. Теперь это кончено было для Масловой. «Каторга! Снимутъ свое платье, од?нутъ въ халатъ и косынку.

Сахалинъ. Теперь Костиненко еще пуще пристанетъ», подумала она объ ухаживанiи въ острог? каторжанина изъ дворянъ Костиненко, который пересылалъ ей на нитк? изъ окна записки и съ которымъ сводила ее Матрена.]

Видъ этаго лихача, такого, на которомъ она ?зжала когда то, и этой женщины, на м?ст? которой она могла бы быть, не вызвалъ въ Масловой никакого чувства, ни воспоминанiй, ни зависти: она только испугалась, какъ бы не задавили ее.