Добыча Дракона. Вернуть истинную

Тот, от мыслей о котором у меня кровь приливает к лицу и пунцовеют щеки.

– Почему не драконов? – вылетает у меня раньше, чем я успеваю подумать о последствиях.

Мужчина на это вздергивает бровь, мышцы лица деревенеют, а в глазах поселяется холод, отчего взгляд его заставляет меня замереть, словно мышка перед хищником, готовым вцепиться в жертву жестким хватом. Внутри него ревность. Дикая. Беспощадная. Сметающая все на своем пути.

– Запомни, Лала, – цедит сквозь зубы, скулы его от злости выделены сильнее и четче, демонстрируя холодную красоту лица.

Сглатываю. В его устах все это звучит так грозно, что усомниться в тяжелых последствиях никак нельзя.

– К-как? – я-человек заикаюсь, с ужасом ожидая ответа.

Невольно из-за этого вспоминаю, что ждет меня вечером. Наказание за непослушание, которое вылилось в трагедию. Страх снова поднимает свои щупальца, поднимаясь вверх и давя на сознание.

– Убью, – скалится Скандр, отвечая на мой неуверенно заданный вопрос.

Отшатываюсь, дергаю руками, чтобы оттолкнуть мерзавца, но он перехватывает, прижимая к себе крепче. Его губы дотрагиваются до кончиков моих ушей и слегка прикусывают, посылая разряды тока по чувствительной коже.

– Мужика убью, а тебя… – поясняет, но легче мне от этого не становится. – Дома запру под замком.

Тянет выпалить, что я вроде и без этого ограничена в передвижениях, но затем он дует мне в ушко, и драконица вдруг начинает… Курлыкать?

– Какая хор-р-рошая сладкая девочка у нас, – говорит Скандр двойным голосом, словно и он, и дракон одновременно произнесли эту фразу.

Поднимаю глаза выше и встречаюсь с его вертикальными узкими зрачками, в которых неприкрытый голод по моей плоти.

– У нас… Мне… – все никак не подберу слова, горло перехватывает спазмом. – Одежда…

Да уж, я богиня односложных фраз, ничего не скажешь. К счастью, мужчина берет себя в руки, прикрывает глаза, а когда открывает их снова, на меня смотрит уже человек.

– Идем, сладкая, – улыбается, снова обретая благодушное настроение.

Чувствую. Врет. Не договаривает. Но взгляд у него стал стеклянным и пустым, не располагающим к лишним вопросам с моей стороны. Он притягивает меня к себе ближе, а когда мы идем в сторону деревушки-города внизу растянувшейся долины, мышцы его тела снова напрягаются.