Дикарь для недотроги

Пальцы прикоснулись к лобку и слегка сдвинули резинку крошечной ткани, подразнили меня, и я впилась ноготками в его широкие плечи, обтянутые белой рубашкой. Пальцы прошлись по бугорку клитора, подразнивая киску, снова провели по мокрым складочкам и двинулись обратно. Игнат остановился и что-то сказал, но я, движимая жаждой удовольствия, протестующе застонала. Я не могла связно мыслить, не то что говорить.

– Что? – не могла трезво рассуждать и лишь прикрыла глаза от наслаждения, когда танец между моих бедер возобновился.

– Говорю, мне уволить твоего ушлепка? – повторил он, не прекращая ласкать меня между ног.

– Н-нет, – много чести так много внимания уделять этому слизняку, а уж как жизнь ему попортить, я и сама решу.

И тут мужчина как с цепи сорвался. Пальцы во мне стали двигаться резче, яростней, задевая чувствительную точку внутри моей плоти. Дыхание его стало частым, грудь резко приподнималась, а глаза заволокло вожделением. И когда язык прошелся по моим соскам, а зубы слегка прикусили их, тело мое пронзила молния, яркая вспышка, которая прошибла меня до искр из глаз.

– Хорошая сучка, – шептал мне на ухо Игнат, бесстыдно раздвигая мои ноги, – мне нравится, как ты кончаешь, красота, порадуй меня снова.

Звякнула бляха от ремня, и между ног снова засвербело от предвкушения. Вот же похотливая дрянь, только получила наслаждение, а уже снова хочет этого жеребца.

И тут произошла катастрофа.

Глава 7

Игнат

Чертыхнувшись, встал так, чтобы закрыть девчонку. Судя по непрекращающемуся визгу, кричащую дамочку впечатлил мой голый зад.

Быстро нажал на кнопку закрытия лифта, подтянул штаны и увидел, как облегченно закрылись глаза Юли. Растрепанная, вся в моих засосах, она представляла собой аппетитное зрелище.

– Одевайся, у меня через пять минут совещание, сидишь в кабинете и не отсвечиваешь, поняла?

Та была как сомнамбула и просто кивнула, и продолжала молчать, пока я вел ее в свою святую святых.

На всякий случай закрыл дверь на замок, чтобы она не сбежала. Не знаю, почему решил предложить ей несуществующее место своей помощницы. Может, сыграли ее оленьи заплаканные глаза, может, желание видеть ее постоянно.