Цербер для непокорной

А вот после они обе замечают меня и сверлят своим взглядом, заставляя меня идти еще более медленно, надеясь, что они уедут на ближайшем лифте. Вот только надеждам не суждено сбыться, они пропускают свободную кабину и ждут, когда поравняюсь с ними.

– Доброе утро, Лер! – говорит Светка, с опаской глядя на свою соседку по кабинету.

– Доброе, – киваю и сразу же перевожу взгляд на табло, молясь, чтобы кабина приехала быстрее.

– Ты сообщила отцу ребенка об этой радостной вести? – подхватывает меня под руки Света, поглаживая локоть, словно мы – лучшие подружки.

– Да, – киваю, стискивая зубы.

Сохраняй спокойствие, Лера, не выдай посторонним своих эмоций.

– И как Фарид Саидович отреагировал? – резко подается вперед сотрудница бухгалтерии, с которой шушукалась та, которую я считала подругой.

Говорила она так громко, что не удивительно, как заволновались сзади все прибывающие работники компании. Стискиваю кулаки, поджимаю губы, но взгляда от табло не отвожу.

– Кира! – шипит Светка на свою коллегу.

Я же поворачиваю голову и окидываю ту ледяным взором с головы до ног.

– Вы вообще кто? – фыркаю, демонстрируя пренебрежение, и захожу в как раз подъехавший лифт.

Целая толпа загружается следом, так что ответа не следует, я же дрожу под обстрелом множества чужих взглядов. Слышу, как тихо шепчутся люди между собой, и испепеляю взглядом Свету на месте, а та лишь краснеет и опускает глаза вниз. Мое лицо покрывается румянцем, температура тела явно поднимается, так что когда кабина приезжает на нужный этаж, я вылетаю оттуда, как пробка, и несусь в сторону уборной.

Облегчаю желудок и гляжу в зеркало, видя там свое усталое лицо. Ополаскиваю рот и ищу в сумке жвачку, которая должна отбить неприятный запах изо рта. Жалею, что не догадалась захватить с собой зубную щетку и пасту. Ну до чего уж теперь. Иду на свое рабочее место, не поднимая головы от пола. Но, к счастью, в коридорах пусто, все, видимо, на своих рабочих местах.

– Ты опоздала, Лера, – говорит мне мой начальник.

И все. Ни слова про ходящие по офису слухи. Но затем догадываюсь, что ведь сплетня только сейчас начала разноситься, так что узнают все о моей беременности только к обеду, раньше вряд ли, не настолько у нас быстрое сарафанное радио.

– Прошу прощения, Георгий Сергеевич, постараюсь такого больше не допускать, – говорю первым делом, а затем присаживаюсь на свое место.

Вот только затем меня осеняет… Ведь больше ничего и не будет.