Стихотворения на случай, послания, посвящения, эпиграммы, отрывки

Вот Пален; петухом ли шпанским,

Аистом ли его назвать?.

Он поится одним шампанским;

Полегче, ног бы не сломать!

Вот Рап-кобель. Каким-то чудом

И Агапей при нем всегда.

Кто кобелем, а кто верблюдом

Заняться может, господа.

Кази усами разукрашен,

Турецкой силой одарен.

Он бородою только страшен,

И до клубнички падок он.

А вот Кудашев; он был князем

Вдали, на южных островах;

Силач, он всех кидает наземь

И татуирован в…

А вот Краевский; с пальмы южной,

Страны полуденной жилец,

Но как обманчив вид наружный:

Он только с виду молодец.

Вот Клопман; ящик с зеркалами,

В помадной банке корм стоит,

Что день, то щетка; он духами

От головы до ног облит.

Вот отделенье мелкой птицы:

Борисов, чтобы не забыть;

Он к нам приехал из столицы

«Мое почтенье» говорить.

А тут, лишь клетку повернете,

Для крошки в ящике простор;

Та крошка Фонька Ревелиоти,

Мала, но ноготок востер.

Вот Иваненко для закуски,

В бараньих завитках кругом;

Не знаю, шпанский или русский,

Но только знаю – с курдюком.

    1845

«Поднялася пыль степная…»

Поднялася пыль степная,

Солнышко взошло,

Всюду сбруя боевая

Блещет как стекло.

    Август 1845

В альбом А. Я. Марченко

Стихом простым, стихом случайным,

Назло альбомам и стихам,

К воспоминаньям грустным, тайным

Поползновенья я не дам.

Весны обманчивой жилица,

Минутных роз минутный друг,

Без сожаления, как птица,

Перенесись на нежный юг.

Звездам Украйны полудикой,

Как в дни былые, не молись:

Иной картиною великой

Поражена, остановись!

Твой женский глаз, лучом поспешным

Окинув моря благодать,

Подметит то, чего нам, грешным,

Во век веков не увидать.

    1846

А. Л. Бржевской

Я вам пророчил поклоненье,

Венец прекрасному челу,

И расточал свое уменье

Воздать вам должную хвалу.

Теперь же слабый мой умишка

Не больше сделает добра,

Как театральная афишка

О пьесе, сыгранной вчера.

    9 сентября 1847

«Я жертву приносил обильную Прияпу…»

Я жертву приносил обильную Прияпу

И жаждал новые во храм его снести,

Но бог велел меня немедля к Эскулапу

Вулкановой супруге отвести.

В изгнании моем я долго тосковал,

Кляня всех нимф, как самых злобных фурий.

Суровый бог мне ноги заковал,

А расковал услужливый Меркурий.