Лавандовое небо

Побираются дети, все люди одеты в странные одежды – серые и грязные балахоны. На улочках лежали трупы, и никому до этого не было дела.

Страшные убийства, кадр за кадром, таких ужасных вещей я никогда в жизни не видела. Переполненные знахарские избушки, и все плачут; боль, болезни, смерти. Крики и слёзы женщин на фоне молитв – у них отобрали детей; я чувствовала боль всех. От бессилия они падают на колени и одна из женщин, не выдерживая, достаёт нож и перерезает себе горло. Вижу, как труп скидывают в реку, и их много.

Снова смена кадра, я вижу маленькую девочку с чёрными, как уголь волосами; она тянет ко мне маленькие худые ручки, а в её зелёных глазах стоят слёзы и мольба.

– Помоги, помоги, – и, не успевая договорить, она падает замертво, а её волосы начинают быстро седеть, тело бьет бешеная судорога, но она не издаёт ни звука.

Я хочу к ней подойти, но тут снова смена кадра, многие поселения пустые, вокруг кровь и крики. Моя душа горит, болит и ноет, я слышу, я всё слышу, но не могу это остановить.

Но также я понимала, что я умру и вся эта боль, наконец-то, закончится. Это ад. Длиною в вечность.

В себя я приходила долго и мучительно, с большим трудом открывала глаза, на моих губах был привкус соли и металла. Проведя рукой по лицу, я поняла, что плакала и прикусила щёку изнутри, изо рта текла кровь.

– Это будущее этого мира, если ты не поднимешь свою попу прямо сейчас и не поможешь им, во времени они ограничены, люди на грани.

Фантомные боли эхом отозвались во всём теле, у меня нет выбора.

– Хорошо, я постараюсь чем-нибудь помочь, только останови это, демон.

– Я ничего не сделал, только открыл твой дар в нужном русле.

– Ты самый ужасный демон.

– О, спасибо за комплимент и не постараешься, а поможешь. И ещё, если что – позови меня, я постараюсь помочь, чем смогу.

– Не постараешься, а поможешь.

– Хорошо, и только потому, что ради меня ещё никто не рисковал своей жизнью.

– А как тебя позвать?

– Просто вспомни меня, и я приду, только вспоминай с мольбой. Имя не скажу, а то ещё на шею сядешь, ладно, пойду я, – он спрыгнул с моих ног и пошёл в сторону огромной двери для великанов.