Белая лилия

Да, они не были достойными людьми, но для меня стали и отцом, и матерью, что перевоспитали меня, показали мне ценность этой жизни!

В общем, всё шло почти терпимо, хотя могло бы быть и лучше, но ничего, мы справились. Особенно с посланниками императора. И вот в одну из таких «проверок» у меня начались схватки, как же это, сука, больно.

Визирь сидел рядом с Алалой, без него бы всю лавочку давно прикрыли. А вот с магом разума у нас была послушная марионетка, Алала говорила его устами.

Около нашей свиты сидели ещё девушки «рабыни» для прикрытия и имиджу, так сказать.

Я же была представлена, как мать будущего наследника Апполона, будущий визирь, так сказать.

– А мы всё гадали, уважаемый визирь. Что же вы не прибыли ни на одно пиршество в императорский дворец. А у вас счастливая новость, – не умолкал один из советников императора.

Дедок в одежде, расшитой драгоценными камнями, максимально неприятный. А вот с виду божий одуван, всё-таки внешность обманчива.

– Глубокоуважаемый Эйрен, сейчас слишком много забот, сами понимаете.

Не без этого на столь высокой должности. То бунт устроят, то норму не перевыполняют, то одна из рабынь меня долгожданным сыном одарит. Но не переживайте, вот где они у меня, – Апполон сжал кулак и продемонстрировал.

– Вы уверены, что сын? Лекарь маг?

– Да, как узнал, так дал клятву больше не пить.

– Поздравляю от всей своей великодушной души. Да, жаль, что не дочь, императорский дворец нуждается в красивых цветках. А её мать шикарна, я бы сам такую даровал нашему императору, великому и самому могущественному из всех.

Наш император, да пусть богиня Ата наполнит его жизнь любовью, заслуживает лучшего.

– Да услышит она вашу молитву, – поддакнул ему Апполон, правда, из-за Алалы в нем не было радости.

И пока они разглагольствовали у меня отошли воды, благо, я сидела на подушках и отдельно ото всех. Сначала схватки были терпимыми, первый час, а вот дальше мне словно кости начали ломать изнутри.

Я уже хотела, чтобы советник свалил, но ему захотелось повеселиться по-крупному.

– Ну, что, Апполон, порадуй меня лучшим из твоего сада. Ты помнишь, мне нравятся цветки, у которых ещё не распустились бутоны, – с мерзкой улыбочкой говорил советник.

– Да, да, друг. Вот только жаль, что у меня нет такого буйства, как у нашего императора в саду.

Ему загорелось повеселиться с кем-нибудь из рабынь, а именно почти с ребёнком. А после отмены рабства и данного слова, я не могла ему этого предоставить.