Гераклея

Поскольку в решеньях всегда медлительные боги сразу не наказали Геракла за чрезмерную жестокость по отношению к неприкосновенным посланцам Эргина, благодарные фиванцы воздвигли ему статую, которую назвали Геракл Риноколуст (Обрезыватель Носов).

96. Креонт предлагает Алкиду в жены Мегару, а он не желает

Слава о блестящей победе над Эргином разнеслась по всей Элладе, вызывая всеобщее восхищение. В войне с Эргиным не обошлось без тяжких жертв – пронзенный в висок стрелой погиб Амфитрион, отважно сражавшийся рядом с Гераклом.

Благодарный Креонт, восхищенный мужеством юноши, решил отдать ему в жены свою старшую дочь Мегару, а вместе с ней обещал вручить и власть над городом, как родному сыну. Мегара родит Алкиду троих сыновей – Теримаха, Креонтиада и Деикоонта, которым Мойра Лахесис выткала страшную Долю. Младшую дочь Креонт отдал замуж за брата Геракла Ификла, у которого в это время уже был сын Иолай от Автомедусы, дочери Алкафоя.

Когда Креонт, приподняв свою, как всегда безвольно наклоненную вбок голову, предложил Алкиду свою дочь в благодарность за проявленную воинскую доблесть, тот несмотря на то, что только, что с нескрываемым вожделением смотрел на красавицу Мегару, не проявил особого восторга, от такого щедрого предложения.

Он хмыкнул, не сдержавшись, и пряча бегающие глаза под низко нависшими надбровными дугами, лишь молчаливо выслушал предложение Креонта. При этом, все подумали, что мужественный герой потерял дар речи от такой щедрой, поистине царской награды, ведь вместе с дочерью фиванский скипетродержец отдавал и немалую часть беотийского царства.

Перед тем как заснуть, Алкид с насупленными бровями и выпяченными губами, все время задумчиво поглядывал то на окно, то на дверь. Уже засыпая, он так сам себе говорил:

– Не уйти ли мне рано утром из дворца не женатым, пока все будут сладко спать, как я сделал после пира во дворце царя Феспия? Тот славный длинноносый старик тоже предлагал мне любую из своих 50 красавиц дочерей и, при этом, не требовал свадьбы.

Конечно, хоть сам царь был ростом высокий, но Феспии его не большие: не могут они сравниться по могуществу со златообильными Фивами. Но ведь жениться мне не на Фивах мне предлагают. Не хочу ни на ком я жениться.

Глубокой ночью, когда Гипнос, неслышно прилетевший на мягких пушистых крыльях простертых во тьме, сковал могучее тело юного героя крепчайшими путами сна, ему явилась одетая в белоснежные одежды статная красавица.