Папенькина дочка

Мои герои чувствуют, что благостью веет с некогда заброшенных и восстановленных церквей, а еще с нераспаханных брошенных полей, заросших по пояс и выше – травами и цветами. Жизнь наладится. Пустоши будут распаханы, не только реальные, но и в головах людей – страна поднимется с колен, научиться ценить обычного человека с его маленькими запросами и большими духовными желаниями.

2010г.

1

Девушка меня поразила. Ее, я увидел на танцах в Доме культуры машиностроительного завода. Она была невысокого роста, тонкая, как осинка в простом незамысловатом платьице, на ее точеных ножках красовались черные туфельки на каблучках.

У нее были большие зеленые глаза, аккуратный носик, пухленькие губы и густые русые волосы с отдельными вьющимися прядями. Возможно, девушка, до того, как отправиться на вечер накручивала их и долго ходила в папильотках. Других доступных способов применимых в домашних условиях тогда не существовало. Не идти же в парикмахерскую.

Зеленые глаза девушки слегка выделялись, будто тлели в полутемном зале и лишь при встрече с моим взглядом вспыхнули ярко-ярко подобно огню электросварки.

На мгновенье я ослеп и долго приходил в себя…

– Ну, что, поймал «зайца»? – спросил, находившийся рядом друг детства Виктор Преснов, и засмеялся, за ним следом загоготал другой мой однокурсник Михаил Крутов. Он будущий технолог по сварке как никто другой понимал слова товарища.

Я учился с парнями в техникуме и, кроме этого, серьезно увлекался легкой атлетикой. Мне неплохо давались: бег, прыжки, как в высоту, так и в длину, я далеко метал диск, копье, а еще делал много упражнений на перекладине, особенно эффектно крутил «солнце».

Что интересного в том? Занятия тут же прерывались. Не только девчонки, но и многие из ребят моей группы засматривались на меня.

– Да-а-а, ты мастак, – не раз говорил мне Виктор Преснов, – я просто завидую…

– И я, – тут же добавлял другой мой товарищ.

Не раз я срывал аплодисменты восторженных зрителей. От девушек не было отбоя. Хвалили. Однако я не задавался, не робел – вел себя спокойно, а тут вдруг… Опешил – другого слова не придумаешь.

На танцы я попал случайно. Мое своевольное поведение могло помешать мне, следовать режиму, который однажды установил мой физорг – Олег Анатольевич Физурнов.

Он не зря меня выделил среди студентов техникума. В избранные попали не многие. Из всех групп нас набралось человек пять, не больше. Мои друзья – Виктор Преснов и Михаил Крутов ему чем-то не подошли, он их забраковал.