Другие стихи

Ты чувствуешь телом пронзительный холод.

И тянет тебя в никуда, в темноту,

Во мраке крестов завывать на луну.

Ты чувствуешь жажду, что мучит тебя,

И хочется крови, и ты – это я.

Клыки вырастают, ты чувствуешь шерсть.

«Живой человек!» – тебе хочется есть.

И жажда твоя затмевает сомненья,

Глаза, как у волка, нет больше волненья.

Минута, секунда, мгновенье и вот —

Убит человек, окровавленный рот.

Из тела покойного рвёшь ты куски,

От жуткого гнева трясутся вески.

Ты не понимаешь, что сделал сейчас,

Но утро придёт, и настанет тот час,

И ты пожалеешь о том, что свершил.

Несчастный уродец опять согрешил.

«Когда ночь наступает на город…»

Когда ночь наступает на город

И на улице бешеный холод,

Он выходит во тьму вновь и вновь,

Пить живую и тёплую кровь.

Избегай ты с ним встреч на дороге,

Чтобы не было лишней тревоги.

Ведь для них твоей крови глоток

Лучше жизни, бессмертия ток.

И пирует он в царстве теней,

Пожирая всё новых людей.

И не думая больше о прошлом,

Он стал Богом на свете безбожном.

И теперь знают все на земле —

Он вампир, сын вампира извне.

Но лишь это его и терзает,

Одиночество в душу впадает.

Он бессмертен навек и один,

Никогда как вампир не любим.

Все лишь гонят его и боятся,

Вынуждают во мраке скитаться.

И та часть в его сердце живая

Принесла ему кару из Рая.

Он решил вновь уйти в темноту,

Погрузился он в сон, как во тьму.

И утихли страданья и боль,

Через полвека лет он другой.

Но назад он вернётся тогда,

Когда сердце затронет рука.

«Его в этой жизни не любит никто…»

Его в этой жизни не любит никто,

Он – место пустое, он хуже ЕГО,

Как нечто такое… как просто ничто,

Его ненавидят за то же, за то!

Безжалостный хищник, убийца, маньяк,

Его не поймёшь, не погубишь никак.

Он просто гадёныш, воскреснувший труп,

Истлевший в гробу, как ужасный уступ.

Кровавые руки и зубы, и рот,

Он губит людей и их мясо жуёт.

И хочет казаться для всех хуже Ада,

Как Дьявол в огне, убивать ему надо.

Он хуже судьбы, он просто палач.

Не будет пощады, как горько не плачь.

Не вырвешься ты из объятий бессмертных.

Убил он детей, своей жизни неверных.

И ты будешь тоже убита ножом,

Что точит он вечно живым порошком.

Совсем нет страшнее его на Земле,

Он просто убийца, убийца извне.

Боятся его и живые, и тени,

Он не засыпает, не чувствует лени.