Вечера княжны Джавахи. Сказания старой Барбалэ

Один прыжок… Другой… Третий… Перепрыгнув быстрый ручей и дикой кошкой вскарабкавшись на утес, Бессо очутился у огромной каменной вершины с зияющим в нее входом в виде норы.

Теперь было ясно откуда неслись стоны.

Они выходили из глубины утеса, из расщелины скалы.

Новый прыжок и…

Бессо испустил крик ужаса и изумления. Он стоял посреди пещеры, пол, потолок и стены которой были вылиты из чистого золота и серебра. Свет, врывающийся извне в отверстие горы, играя миллиардами искр, заливал сотнею лучей пещеру.

Обнаженная грудь узника была бела, как снежная вершина Эльбруса. По этой белоснежной груди сбегали ручьи крови, алые как рубины.

Кровь сочилась из самого сердца юноши, которое клевала огромным острым клювом серая страшная птица – коршун, разрывая тело узника на куски.

Бледное лицо прикованного мученика было полно невыразимого страдания… Пот градом лил с его чела… Черные глаза, исполненные тоски и муки, молили без слов о помощи.

А злая, жестокая птица продолжала свою работу, вырывая кусок за куском тело из груди узника и обагряя новыми потоками крови золотые стены пещеры.

Не помня себя, весь охваченный жалостью и гневом, Бессо с диким криком ринулся вперед.

– Прочь отсюда, ужасная птица! – вскрикнул он во всю силу детского голоса.

Коршун повернул голову, метнул на смелого мальчика сердитый, взгляд, но Бессо не испугался этого взгляда.

– Прочь отсюда! Прочь! – крикнул он еще раз, поднимая высоко руку.

И послушная воле мальчика страшная птица оставила своего пленника, взмахнула крыльями и исчезла из пещеры.

Бледный, израненный, окровавленный юноша поднял на Бессо благодарный взгляд.

– Благодарю тебя. На этот раз мои муки окончены, – прошептал он тихо-тихо. – На этот раз только…

– А завтра? – живо перебил его Бессо.

А завтра они начнутся снова, если ты, мальчик, не поможешь мне сбросить эти оковы… Голос юноши был слаб, как звенящая струна чиангури, как последние звуки Божьей пташки, умирающей в руках ястреба.

– Скажи мне только, что надо сделать, чтобы спасти тебя, и я сделаю все, чтобы помочь тебе, батоно! – сверкнув глазами, произнес он тихо.

Юноша улыбнулся.

– Это не трудно, дитя. Сам Бог послал мне спасенье в твоем лице. Подай мне только конец цепи, я возьму его в руки, в тот же миг рушатся мои оковы, и я буду спасен.