Варенька Олесова

У нас красивее, чем в вашей Полкановке.

– Вы и зиму живёте в деревне? – спросил он.

– А как же? Ведь я веду всё хозяйство, папа не встаёт с кресла… Его возят по комнатам.

– Но, должно быть, скучно вам жить так?

– Почему же? У меня ужасно много дела… а помощник один – Никон, денщик папы. Он уже старик и тоже пьёт, но страшный силач и знает своё дело. Мужики его боятся. Он – бьёт их, и они тоже раз как-то сильно побили его… очень сильно! Он замечательно честен и предан нам с папой… любит нас, как собака! Я тоже его люблю.

– Не читал, – скромно сознался молодой учёный.

– Прочитайте непременно – это хороший роман, – уверенно посоветовала она ему. – Я Никона, когда он угодит мне, называю Сади-Коко. Сначала он сердился на меня за это, но я однажды прочитала ему этот роман, и теперь он знает, что для него лестно быть похожим на Сади-Коко.

Ипполит Сергеевич смотрел на неё так, как европеец смотрит на тонко выполненную статуэтку китайца.

– Простите, Варвара Васильевна, – перебил он её речь, – а романы русских авторов вы читали?

– О да! Но я не люблю их – скучные! И пишут всё такое, что я сама знаю не хуже их.

Они не умеют выдумывать ничего интересного, и у них почти всё правда.

– А разве вы не любите правды? – ласково спросил Ипполит Сергеевич.

– Ах, да нет же! Я всем говорю правду в глаза и…

Она замолчала, подумала и спросила:

– А что же тут любить? Это моя привычка.

Он ничего не успел сказать ей на это, потому что она быстро и громко командовала ему:

– Правьте налево… скорее! Вон к этому дубу… Ай, какой вы неловкий!

Лодка не слушалась его руки и шла к берегу бортом, хотя он с напряжением ворочал воду своим веслом.

– Ничего, ничего, – говорила она и, вдруг поднявшись на ноги, прыгнула через борт.

Ипполит Сергеевич глухо вскрикнул, бросив весло и простирая за ней руки, но она невредима стояла на берегу, держа цепь лодки в руках и виновато спрашивая его:

– Я испугала вас?

– Я думал, что вы упадёте в воду, – тихо сказал он.

– Да разве можно тут упасть? И к тому же тут неглубоко, – оправдывалась она, подводя лодку к берегу. А он, сидя на корме, думал, что это нужно бы сделать ему.

– Видите, какой лес? – говорила она, когда он вышел на берег и стал рядом с ней.