Детоубийцы

Наловивъ порядочную добычу, Пiавка см?лый путникъ, отправлялся по дорог? въ Валенсiю съ с?тью черезъ плечо, а въ ней чайки махали своими темными крылышками и съ отчаянiемъ выставляли б?лое брюшко. Маленькiй разбойникъ ходилъ по ближайшимъ къ рыбному рынку улицамъ, выкрикивая своихъ птицъ и городскiе мальчики сб?гались, чтобы купить чаекъ, привязать къ ихъ лапкамъ веревку, и заставитъ ихъ летать на перекресткахъ.

На обратномъ пути между компаньонами начинались пререканiя, приводившiя къ полному коммерческому разрыву.

Съ такимъ жуликомъ положительно нельзя сводить счеты! Тонетъ билъ, билъ Пiавку, но не получалъ ни одного очаво изъ полученныхъ за продажу денегь. Легков?рный, подчиняясь его хитрости, онъ однако снова приходилъ къ нему въ хату, полуразрушенную и безъ дверей, гд? тотъ спалъ одинъ большую часть года.

Когда Пiавк? исполнилось одиннадцать л?тъ, онъ пересталъ водиться съ своими прежними друзьями. Его инстинктъ паразита побуждалъ его пос?щать церковь, ибо это былъ лучшiй путь втереться въ домъ священника.

Въ такой деревушк?, какъ Пальмаръ, попъ былъ б?денъ, какъ любой рыбакъ, но Пiавка испытывалъ невольную тягу къ вину въ церковныхъ сосудахъ: о немъ говорили въ трактир? съ большимъ восторгомъ, какъ онъ самъ слышалъ. Къ тому же л?томъ, когда оэеро, казалось, кип?ло подъ лучами солнца, маленькая церковка казалась ему заколдованнымъ дворцомъ съ ея сумеречнымъ св?томъ, проникавшимъ сквозь зеленыя окна, ея ст?нами, выштукатуренными въ б?лый цв?тъ, и поломъ изъ красныхъ кирпичей, дышавшимъ влагой болотистой почвы.

Дядюшка Голубь, презиравшiй маленькаго разбойника за его ненависть къ труду рыбака, вознегодовалъ, когда узналъ о его новой привязанности. Ахъ, бродяга, бродяга! И какъ онъ ум?етъ выбрать себ? занятiе!

Когда священникъ отправлялся въ Валенсiю, Пiавка носилъ за нимъ до барки корзину, наполненную б?льемъ и платьемъ и шелъ по берегу прощаясь съ нимъ съ такой н?жностью, словно больше не увидитъ его. Онъ помогалъ служанк? въ хозяйств?, приносилъ дрова изъ Деесы, воду изъ ключей, бившихъ на дн? озера, и испытывалъ сладкую дрожь, какъ сластолюбивый котъ, когда въ маленькомъ пом?щенiи, служившемъ ризницей, одинъ, въ безмолвiи, уничтожалъ остатки об?да священника.

По утрамъ, звоня въ колоколъ, пробуждавшiй деревушку, онъ испытывалъ гордость своимъ положенiемъ. Удары, которыми священникъ оживлялъ его энергiю, казались ему знаками отличiя, возносившими его высоко надъ товарищами.