Полное собрание сочинений. Том 7. Произведения 1856–1869 гг. Идиллия

Только она за это ничего ему не покорялась, а все см?ется, приду – говоритъ. То же и съ другими. Мало ли ей въ это л?то случаевъ было. Да и сама она говаривала. Никогда такого л?та не было. Сильная, здоровая, устали не знала, и все ей весело.—Уберется, выйдетъ на покосъ, ужъ солнышко повзойдетъ изъ за л?су около завтрака, пойдетъ съ солдаткой, п?сню заиграетъ. Идетъ разъ такимъ манеромъ черезъ рощу – покосъ на Калиновомъ лугу былъ. – Солнышко вышло, день красный, а въ л?су еще холодокъ стоитъ, роса каплетъ, птицы заливаются, а она пуще ихъ.

Идетъ, платокъ красный, рубаха шитая, босикомъ, коты на веревочк?, только б?лыя ноги блестятъ да плечи подрагиваютъ. Вышли на поле, мужики господскую пашутъ. Много мужиковъ, сохъ 20 на 10 десятинахъ. Гришка Болхинъ ближе къ дорог? былъ, – шутникъ, мужикъ, – завид?лъ Маланью, завернулъ возжу, подошелъ поиграть, другiе побросали, со вс?ми см?ется. Такъ до завтрака пробалясничали бы, кабы не прикащикъ верхомъ.

– Что вы, сукины д?ти, такiе сякiе, короводы водить.

Рысью на нихъ запустилъ, такъ пашня подъ копытами давится, грузный челов?къ былъ.

– Вишь бляди, въ завтракъ на покосъ идутъ. Я васъ.

Да какъ Маланьку призналъ, такъ и сердце прошло, самъ съ ней посм?ялся.

– Вотъ я, – говоритъ, – тебя мужицкiй урокъ допахать заставлю.

– Чтожъ, давай соху, я выпашу проти мужика.

– Ну буде, буде. Идите, вонъ еще бабы идутъ. Пора, пора гресть. Ну, бабы, ну.

Совс?мъ другой сталъ.

Такъ, какъ пришла на лугъ, стали порядкомъ, какъ пошла передомъ ряды раскидывать, такъ рысью ажно, см?ется прикащикъ, а бабы ругаютъ, что чортъ, замучала.

Зато какъ пора об?дать ли, домой, ужъ всегда ее къ прикащику посылаютъ; другiе ворчатъ, а она прямо къ начальнику, что, молъ, пора шабашить, бабы запот?ли, али какую штуку отмочитъ, и ничего. Разъ какая у ней съ прикащикомъ штука приключилась. Убирались съ покосами, стогъ кидали, а погода необстоятельная была, надо было до вечера кончить. За полдень безъ отдыха работали, и дворовые тутъ же были. Прикащикъ не отходилъ, за об?домъ домой посылалъ. Тутъ же, подъ березками, съ бабами с?лъ. Только пооб?далъ, – что, говоритъ, ты, кума Маланья,– онъ съ ней крестилъ; – спать не будешь?

– Н?тъ, зач?мъ спать.

– Поди ка сюда, поищи мн? въ голов?, Маланьюшка.

Легъ къ ней, она см?ется. Только бабы позаснули, и М[аланья] то задремала; гляд?ла, гляд?ла на него, красный, потный лежитъ, и задремала. Только глядь, а онъ поднялся, глаза красные выкатилъ, самъ какой то нескладный.