Пятое время года

Роскошное длинное платье с широкой юбкой и глубоким декольте, к сожалению, теперь сильно велико, но если туго затянуть широкий бархатный пояс, а после воткнуть в распущенные волосы красную бумажную розочку, которая когда-то служила украшением для пасхального кулича, то получается необыкновенно красиво.

– Открывай глаза, теперь можно!

Потрясенный видом своей обычно скромной жены, сейчас похожей на знойную Кармен, Ленечка приподнялся с подушки, сел и так и просидел, милый, чуть ли не минуту с открытым ртом.

– Какая же ты… прекрасная! Поди сюда, черноглазая моя! – Он протянул сильные, мускулистые руки, взял в ладони пылающее от радостного смущения лицо и все смотрел, смотрел, будто не мог наглядеться. Засмеялся тихонько и так счастливо! – Моя жена самая красивая, ни у кого такой нет! Левка увидит, обзавидуется!

– Нехорошо так говорить, он же твой друг.

– Так точно, друг! Мировой парень! А стихи какие пишет! Во!

Очень любопытно было узнать, что за стихи пишет серьезной Лийке без памяти влюбленный в нее капитан Левитес, однако Ленечка отмахнулся:

– Да не помню я.

Это надо у этой, у Лии, спросить. Они с ней всю войну, считай, переписывались. Но не так просто, а стихи друг другу писали. Левка – ей стихи, она – ему. Он вообще такой… романтик. На войне ведь всякое бывало, ну, там, с женщинами. Но наш Левка – кремень! Ничего такого никогда себе не позволял, только Лия да Лия.

– А ты позволял? – Должно быть, слишком игривая в прекрасном платье, она, тем не менее, кокетливо прищурилась и заглянула в светлые, лучистые глаза.

– Ну у тебя и вопросики! – Поначалу явно смущенный, Ленечка нашелся очень быстро: – Знаешь, как говорят? Скажи мне, кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты.

Зачем она спросила об этом? Ведь Леня – взрослый мужчина, и наверняка в его жизни были «романы». Сероглазый, веселый, мужественный, он не может не нравиться женщинам. Ей же он сразу понравился, с первого взгляда. Так зачем задавать вопросы, вносящие неловкость в их отношения? И сама же теперь, глупая, покраснела и постаралась побыстрее перевести разговор на что-нибудь другое, хотя бы снова на платье:

– Тебе нравится?

– Очень! Это твое? – Большой ладонью он бережно провел по тонкой, блестящей ткани и опять потянулся за своими противными, едкими папиросами.

– Нет, мамино, концертное.

– Она в нем на концерты ходила?

– Мама в нем выступала. Она пела в оперетте и давала сольные концерты.