Босиком по звёздам

–Пустяки,– с улыбкой отвечаю.

Начинаю подниматься, но затем я чувствую, как ноги подкосились, в глазах резко потемнело и сдавило виски. Я понимаю, что начинаю падать, и не могу удержаться. Резко меня хватают за руку, и я успеваю сама сесть.

–Теперь мы квиты,– произносит мальчик, которого я недавно выручила. Отдышавшись и придя в себя, я, наконец, могу поблагодарить его:

– Это уж точно. Спасибо.

Повисло неловкое молчание. И я решаю попрощаться, когда он вдруг выдаёт:

–Хочешь, покажу кое-что классное?

–Серьёзно, мы же в больнице, неужели здесь есть что-то интересное?

–Ну, да.

Я повинуюсь его словам, и, встав за коляской, поднимаю педаль.

– Ну, что дальше?– он говорит, что нужно идти прямо до конца коридора, затем свернуть налево, и пройти до конца.

Я взялась за ручку коляски, и мы отправились. Спустя минут пять, не больше, мы подошли к стеклянным дверям, ведущим на балкон.

–Нам сюда можно? – спрашиваю, силой надавив на ручки в низ.

–Наверное, нет, но всем без разницы.

Я продолжила надавливать на ручку, но она не поддавалась.

– Слушай, кажется, тут заклинило,– дёрнув последний раз, я убедилась, что ручка сломана.

– Извини, я что-то задумался. Эта дверь не открывается, попробуй другую, или могу я.

Я повторяю тоже с другой дверью, нота с лёгкостью тут же открывается.

– Не нужно было, я и сам мог,– мальчик явно раздражён. Наверное, он не любит, когда ему помогают по каждому пустяку.

Я отпускаю инвалидное кресло, и мы разом оказываемся на балконе. Немного запыхавшись, я не сразу обращаю внимание на то, куда смотрит тот мальчик. Но отдышавшись и подняв голову, я ахаю.

Тёмно-голубое, утреннее небо, медленно светлеет, проникаясь нежно-розовыми оттенками, напоминая мне сахарную вату; едва заметные жёлтые блики, видневшиеся на горизонте, будто напоминали о скором появлении солнца.

Таким Сиэтл я не видела. Тихий и спокойный. Без толпы шумных людей и кучи проезжающих машин. Лишь изредка слышались шум мотора, или случайно брошенная фраза. Живя в маленьком доме, окружённом другими домами и небоскребами, ты не замечаешь такой естественной красоты. Красоты, за которую не надо платить или что-то менять, отдавать.