Академия сильнейших. Сквозь Свет и Тьму

Женщина была достаточно молодой, с идеальной фигурой, ровным цветом кожи, карими глазами и с густой копной светлых волос, собранных на затылке в высокий хвост. Несомненно, она пользовалась популярностью у противоположного пола.

– Вы к господину Хариэну? – спросила она, взглянув на меня лишь мельком и снова уткнувшись в какую-то бумагу. – К сожалению, сегодня он уже не принимает.

Ну вот…

Впрочем, а кто говорил, что будет просто? Если уж чего-то хочешь, то надо идти к своей цели невзирая ни на что и прилагать поистине грандиозные усилия, чтобы ее добиться.

– Я хотела поступить, – тихо произнесла я. – Немного опоздала, но так сложились обстоятельства. Поймите, от того, поступлю я или нет, зависит очень многое. По крайней мере, для меня…

Женщина оторвала взгляд от бумаги, несколько секунд сверлила меня нечитаемым взглядом, но все-таки кивнула:

– Давайте документы. Но ничего не обещаю. У нашего ректора принципы. Им он редко изменяет.

Прошептав слова благодарности, я протянула ей папку с документами и взмолилась Триединому, чтобы ректор хотя бы согласился меня принять.

Не знаю, слышал ли бог этого мира мои мольбы, но покинувшая кабинет господина Хариэна секретарша пригласила меня войти и тихо пожелала удачи.

Оказавшись в уютном помещении, я уже чувствовала, как волнение накрывает меня с головой. Перед глазами темнело, руки трясло, и я сцепила пальцы, чтобы этого не было заметно. Я не стала рассматривать кабинет ректора, да и не до того мне сейчас было! Все мое внимание приковал уже пожилой мужчина с крупными чертами лица, сидящий за столом.

Даже не взглянув на меня, он отстраненно листал мою папку. Шорох перелистываемых страниц взрывал воцарившуюся в помещении тишину и бил по натянутым нервам. Периметр стола пересекла огненная саламандра и прыгнула на плечо мужчины. Погладив ее по голове, он все-таки удостоил меня взглядом.

– Итак, что послужило причиной опоздания? – глядя мне прямо в глаза, осведомился он и сразу предупредил: – Учтите, я пойму, если в ваших словах будет ложь.

– Простите, но это слишком личное, – я не стала врать, да и то, что он мгновенно почувствует фальшь, мне почему-то верилось. – Я не могу об этом распространяться.

– Личное вы оставляете дома, – холодно процедил он. – Я жду ответ.

Но я не могла сказать правду! И врать нельзя…

– Свободны, – поморщившись, он бросил папку на край стола. – Можете идти, госпожа Раэн. И постарайтесь в следующем году быть более ответственной.