Мой наставник – Ассасин

А ведь и правда все еще может измениться. Не стоит отчаиваться, опускать руки и безропотно покоряться судьбе. В конце концов, я могу попытаться сбежать и силы действительно понадобятся…

Решив так, я поела. Вскоре вернулся Змей и, достав из-за пояса моток веревки, привязал меня к себе.

– На тот случай, если надумаешь бежать, – невозмутимо пояснил он.

Дожидаясь пока мой «спаситель» уснет, я не заметила, как и сама провалилась в сон. Все-таки ужасная ночь и тряска весь последующий день дали о себе знать.

Проснулась я уже ранним утром в крепких объятиях воина. Мужчина еще спал, его грудь мерно вздымалась и опускалась.

Отпрянув от него как от прокаженного, я запуталась в веревке и, потеряв равновесие, шмякнулась на задницу.

Мужчина хмыкнул, встал, схватил меня за руку и рывком поставил на землю.

– Да не бойся ты. Хотел бы позабавиться – не стал бы спасать.

– Ты спас меня не из жалости. – Я насупилась и с вызовом посмотрела в лицо воина. – Спас, чтобы получить за меня побольше монет!

Мужчина поморщился, но на вызов не ответил.

Весь день мы ехали молча. В этот раз я сидела впереди воина. Иногда я ловила на себе похотливый взгляд Сэрда и понимала – лишь Змей мешает бандиту закончить начатое.

Солнечный свет уже шел на убыль, когда вдалеке показались городские стены. Куда меня везут, я не знала, но понимала, что ничего хорошего впереди ждать не стоит.

– Куда вы направляетесь? – все-таки решила я нарушить молчание. Слишком тягостной становилась неизвестность.

– В порт, – был бесстрастным ответ.

– Меня увезут в Снежную империю? – голос дрогнул. Ведь если так, то вернуться на Южный континент будет сложно.

– Все зависит от того, кто тебя купит.

Когда кавалькада добралась до порта, ночь уже вступила в свои права и рассыпала по небу звезды. Разбойникам пришлось заночевать у городских стен. Как и в прошлый раз Змей привязал меня к себе и в молчании улегся спать, отдав мне свою кошму.

Долгое время я лежала, мрачно созерцая звездное небо.

Мысли то и дело возвращались к спящему рядом воину. Он не был похож на остальных бандитов. В нем отсутствовала грубость, движения казались плавными, нереальными. Сравнивая его и остальных бандюг, я снова и снова задавалась вопросами: что он делает среди них и зачем ему это? У него явно есть какая-то цель заставляющая терпеть эту отвратительную компанию, но какая?

Так, терзая собственный рассудок, я все же провалилась в зыбкий сон, а проснулась от тепла.