Мой наставник – Ассасин

Несколько длинных мгновений он молчал, впившись взглядом в мое лицо. Когда я уже подумала, что он не ответит, Змей произнес.

– Ты похожа на мою сестру. Нет, не внешностью, – предугадал он ее мысли, – силой духа. Она тоже не умела сдаваться…

– Не умела…

– Она умерла, – припечатал Змей. – Отбор совсем скоро. Повернись! – приказал воин, а когда я неохотно повиновалась, собрал мои растрепанные волосы в тугой узел и заколол острой и в то же время толстой шпилькой. – Помни: оружием может стать что угодно, если правильно рассчитать силу и место удара.

Он отступил от меня на шаг, и я поняла, что снова осталась одна. Змей ушел, скрывшись в подпространстве.

Обхватив себя за плечи в тщетной попытке согреться, я задумалась над его словами. Интересно, что же произошло с семьей Змея и как умерла его сестра? Тоже на Отборе или еще до того, как он мальчишкой попал в стены Храма? Но вряд ли я когда-нибудь найду ответы на эти вопросы. Мужчина казался слишком скрытным, чтобы делиться с кем-то из посторонних свои прошлым.

А я, как ни крути, для него пока тоже никто…

Не успела я толком обдумать его слова, как замок на двери щелкнул, и в камеру хлынул свет. В проеме стоял ассасин.

– На выход, – скомандовал он и чуть отодвинулся, давая мне возможность выйти из камеры.

Путь по лабиринтам Храма мне запомнился плохо. Все, что уловил взгляд – идеально гладкие стены, редкие чадящие факелы и молчаливого ассасина, который порой подталкивал меня в спину, чтобы пошевеливалась.

Наконец, я очутилась на свежем воздухе и огляделась.

Покрытые снегом шапки гор утопали в багровом свете. Солнце садилось за горизонт, лениво спускались сумерки. Куда ни кинь взгляд, везде возвышались горы, и не было ни одного деревца, на котором можно переждать опасность. Однако же то тут, то там виднелись пеньки, и я поняла, что всю растительность здесь вырубили специально.

За спиной глухо щелкнул механизм. Я резко обернулась и увидела, что за моим конвоиром быстро закрывается каменная дверь.

Я осталась одна.

Это осознание заставило зябко поежиться. Но стоять на месте смысла нет. Надо искать укрытие на ночь. И чем быстрее его найду, тем лучше.

Идя по горной долине и иногда обходя огромные валуны, я неосознанно прислушивалась и замирала, когда мне чудилось глухое рычание или же странный скрежет, словно кто-то небрежно шаркал сталью о камени. Но стоило мне остановиться, как звуки тут же исчезали и долина снова погружалась в тишину, нарушаемую лишь моим дыханием.