Муж из прошлого

Кошкин-Стрэтмор в задумчивости чокнулся, но пить не стал, отставив рюмку в сторону. Он все не мог поверить, что Екатерина – профессиональная шпионка. А может, ее шантажируют и вынудили заняться этой работой? Пожалуй, Шубарин прав: сперва с ней следует поговорить, возможно, напугать, допросить с пристрастием. Но если он узнает, что девушку принудили заниматься шпионажем, то предложит ей скрыться… в своем московском особняке. Кошкин-Стрэтмор помотал головой, отгоняя навязчивые мысли, и порывисто поднялся с места.

– Вот и правильно! Нечего с этим тянуть, – подбодрил его Алекс.

Томас кивнул в ответ и решительно направился в спальню. Сперва он допросит девицу с пристрастием, а там… как пойдет.

Катерина уже видела третий сон Веры Павловны[20 - Из романа Н. Чернышевского «Что делать?»], в котором, как и героиня, освобождалась от эмоциональных и телесных оков, когда граф – непосредственный участник ее грез – ворвался в комнату, сломав на двери задвижку.

– Нам следует поговорить!

– Сейчас? – зевнула Катя и сощурилась от света лампы.

– Давайте уже прекратим этот фарс! Вы целый день бегаете от меня, но теперь наконец-то ответите на вопросы, – грозно проговорил супруг.

Катя лишний раз восхитилась актерской игрой. Хотя на лицедея мужчина мало походил, скорее на бизнесмена или ученого, которому не чужды занятия спортом. Наверняка он готовился к квесту и брал уроки актерского мастерства. Что ж, и она не ударит в грязь лицом.

Катерина лениво поднялась с постели и встала напротив графа, понимая, что свет от лампы выгодно высвечивает ее аппетитные формы под полупрозрачной ночной сорочкой.

– Кто вы такая и чего хотите? – осипшим голосом произнес граф, не отводя взгляда от ее груди. – Только не надо врать! Мы оба знаем, что никакой графини Екатерины Кошкиной-Стрэтмор не существует!

– Ну как же не существует? – усмехнулась Катя, а бретелька сорочки так кстати соскользнула вниз, оголяя одно плечо.

– Кэтрин или как вас там!.. – в гневе прошипел Томас и начал медленно приближаться. – Не желаете говорить по-хорошему, можно и по-плохому! Я знаю, что за игру вы затеяли, и хочу, чтобы вы исчезли точно так же, как и появились! Даже готов вам заплатить.

– Это невозможно.