Неудобные

Он наверняка заметил, как я путаюсь в обращениях к нему.

– Ты привыкнешь.

***

Чтобы результаты тренировок Эдгара были видны максимально хорошо, он привел Стефана в подвал.

– Я, короче, лежал как-то раз ночью и додумался до того, что свет этот – часть меня, – спускаясь по лестнице, рассказывал Эд. – А если он – часть меня, то какого хрена я не могу его контролировать? Ногами, пальцами, губами двигаю же по собственной воле! И как щёлкнуло в сознании – могу! Оставалось только найти способ, как. А теперь смотри внимательно.

Мужчина вытянул руки перед собой. В тусклом свете его лицо с закрытыми глазами выглядело ещё напряжённее. Стефану показалось, что долгое время не происходило ровным счётом ничего. Только присмотревшись, он понял, что радиус свечения постепенно сужался. Очень медленно, но сужался!

– Видно что-нибудь? – шепотом спросил Эд.

– Свечение становится меньше, – в тон ему ответил Стефан. – Оно будто уплотняется.

– Да!

Прошло ещё несколько минут, прежде чем свечение, ранее похожее на призрачное облако, превратилось в подобие золотых перчаток от локтей до кончиков пальцев.

– Фантастика! – выдохнул Стефан. – Этот свет по консистенции такой же? Ну, ты понял. Нематериальный остался?

– Гуще. Потрогай.

В груди горел исследовательский интерес, и Стефан с опаской, но всё же коснулся золотистой субстанции. Он почувствовал резкое сопротивление – словно воздух рядом с руками Эда был сжатым и напористым, как встречный ветер.

– И это всё благодаря визуализации? – недоверчиво проговорил Стефан.

– Фига ты деловой, – изумлённо присвистнул Эдгар. Он опустился на ступеньку лестницы, ведущей в подвал, и утёр пот с лица. – Ещё бы сказал «всего лишь визуализации»! Сам-то пробовал?

– Пробовал, – нехотя признал Стеф.

– Много получилось? – казалось, Эдгар с помощью издёвок пытается наказать парня за преуменьшение его заслуг.

– Нет.

После короткой передышки, мужчины вышли из подвала. Теперь было видно, насколько тяжело дались Эду манипуляции со свечением – по его лицу градом катился пот. Однако он выглядел крайне довольным собой.

– Если перестать концентрироваться, форма изменится? – полюбопытствовал Стефан.

– Пятьдесят на пятьдесят. Не понял ещё от чего это зависит.

– Я неделю пытался делать то, о чём ты говорил, но дело вообще не сдвинулось, – с досадой поделился Стефан.