Неудобные

 – Или это тоже обсуждается лично?

– Я так скажу, никто желанием не горит кричать о своей «магии», – Эдгар снова особенным образом выделил последнее слово. – Но их аргументы я и сам бы послушал. Спасибо за подгон, Стеф.

– Не за что, если это был не сарказм.

От внезапного громкого хохота Бенедикта я едва не выронила бокал из рук.

– Хорош парень, – одобрил хозяин дома, улыбаясь широкой белозубой улыбкой. – Мы определённо подружимся.

Я бросила опасливый взгляд на Эдгара. Не показалась ли ему фраза Стефана слишком дерзкой? Но, судя по прищуренным глазам и хитрой усмешке на его лице, всё было в порядке.

– Кстати, об этом, – вновь заговорил Эд, когда заметил, что мы со Стефаном, словно загипнотизированные рассматривали его лежащие на столе руки. Они снова мягко светились. – Стеф, пойдём покажу тебе, что удалось натренировать.

– Светлячки, – беззлобно бросил Бенедикт.

Эдгар в ответ только закатил глаза.

Видимо, эта дружеская шутка звучала не впервые.

– Я скоро, – бросил Стефан и уже через минуту мы с хозяином дома остались на кухне одни.

Чтобы неловкая тишина не затягивалась, я решилась задать вопрос, беспокоящий меня с самого начала разговора:

– Бенедикт, а вам… тебе не страшно ставить себя под удар?

– В каком смысле? – не понял мужчина. Он хотел унести со стола пустые бокалы, но остановился, удивлённый вопросом.

– Люди же разные бывают. И способности наверняка разные, – рассуждала я. – Может быть, есть далеко не безобидные, а вы открыли для них свой дом.

– Это получилось само собой. Я не знал, существуют ли ещё такие люди, а Эду явно нужна была помощь. Мужчины вообще с трудностями справляются хуже женщин, а когда эти трудности имеют ещё и такой необычный характер… Тогда у меня были все необходимые ресурсы, чтобы помочь ему, – поделился Бенедикт. Он поставил грязную посуду в посудомойку и прислонился бедром к кухонной тумбочке. – Эду нужно было хотя бы выговариваться, строить пусть даже сумасшедшие теории произошедшего, обсуждать их.

По словам Бенедикта всё действительно сложилось само по себе. Я же ожидала какой-то более очевидной выгоды, но никак не бескорыстной помощи.