Погоня

Дама в вуали продолжала слушать рассказ бородатого пассажира и его спутников, которые сидели позади нее. Она узнала, что стали требовать уже по пятьсот быков еженедельно, чтобы прокормить всю эту орду, рассыпавшуюся вдоль Тихоокеанской магистрали между Хоганс-Каммом и морем, и что у Желтой Головы, вокруг которой целые века все спало непробудным сном, только изредка нарушавшимся каким-нибудь бродячим индейцем, за два-три месяца уже скопилось две тысячи человек, и основался целый город. Затем поезд остановился у какой-то станции, и бородатый пассажир со своим спутником вышли из вагона.

Вуаль опущена. Из-под нее выбился только один блестящий локон; вот и все, что они, уходя, могли заметить.

Когда они ушли, дама в вуали с облегчением вздохнула. Она увидела, что вышли также и многие другие. В том конце вагона, где она сидела, уже не осталось никого, кроме нее самой и девушки с намазанными щеками. Даже оставшись в одиночестве, эти две женщины не решились сразу заговорить. Одна из них подняла вуаль, и глаза их встретились.

Она встретилась с голубыми, глубокими, спокойными, прекрасными глазами. Поднятая вуаль открыла перед ней лицо, в котором не было ничего общего с ордой. Ей улыбнулись чистые губы, и удивительные глаза посмотрели на нее с участливым вниманием, а затем вуаль опустилась вновь. Естественный румянец сошел с накрашенных щек девицы, и она улыбнулась в свою очередь.

– Вы едете к Желтой Голове? – спросила она, наконец.

– Да, – ответила дама под вуалью. – Можно мне пересесть на минуту к вам? Мне так бы хотелось задать вам много-много вопросов!

Девушка с накрашенными щеками посторонилась и дала ей около себя место.

– Вы, вероятно, новенькая?

– Да, я совсем еще новичок к этих местах.

Слова и манеры, с которыми они были сказаны, заставили девушку с накрашенными щеками косо посмотреть на пассажирку в вуали.

– Как это страшно отправляться к Желтой Голове, – сказала она. – Это ужасное место для женщины.

– Но ведь вы сами едете туда же?

– Да, но у меня там есть знакомые.

А у вас?

– Ни души.

Девица посмотрела на нее с удивлением. Теперь уже она стала смелее.

– И вы едете туда, не имея там знакомых? – воскликнула она. – Именно туда? Ни мужа, ни брата, никого?

– А это какая станция? – перебила ее собеседница, опять поднимая вуаль. – Не расскажете ли вы мне что-нибудь о ней?

– Это – Миэтта, – ответила девица, вновь покраснев от естественного румянца. – Здесь главное поселение стоит возле железной дороги.