Полное собрание сочинений. Том 15. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть третья

Руководитель проекта «Весь Толстой в один клик»

Фекла Толстая

Перепечатка разрешается безвозмездно

ВОЙНА И МИР

ЧЕРНОВЫЕ РЕДАКЦИИ И ВАРИАНТЫ

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ПОДГОТОВКА ТЕКСТА Г. Н. ВОЛКОВОЙ И Н. С. РОДИОНОВА

ПРЕДИСЛОВИЕ

В томе 15 публикуется 113 рукописных вариантов к четвертому тому «Войны и мира». Из них 84 варианта печатаются по черновым автографам Л. Н. Толстого и по переработанным им копиям, 14 – по наборным рукописям и 15 – по корректурам. В разделе «Дополнения» напечатаны по автографам два варианта, относящиеся к первому тому «Войны и мира».

Всего в томах 13, 14 и 15 опубликовано 432 рукописных варианта.

Редакционные пояснения, касающиеся порядка публикуемого текста и правил его воспроизведения, остаются в данном томе те же, что и в предшествующем (см. т. 14, стр. 5—7).

ВОЙНА И МИР ВАРИАНТЫ К ЧЕТВЕРТОМУ ТОМУ

I. ВАРИАНТЫ ИЗ ЧЕРНОВЫХ АВТОГРАФОВ И КОПИЙ

* № 252 (рук. № 96. T. IV, ч. 1, гл.

Губернаторша подошла к ним.

– А тут есть одна дама, которая тебя очень хочет видеть. Ведь ты позволил мне так называть тебя, Nicolas?

– О да, ma tante.[2 - [тетушка.]] Кто же это?

– Это одна Малвинцева. Она рассказывала про твое геройство, как ты спас там где-то одну девицу.

– Вот как!

– Да, она[3 - Зачеркнуто: тетка Ма[лвинцева]] здесь в Воронеже, с княжной Марьей Болконской. Ого! как покраснел. Что, или?..

– И не думал, полноте, ma tante.

– А знаешь, вот это бы тебе точно партия. Я тебя истинно люблю. Хочешь, я тебя живо сосватаю?

Губернаторша подводила его в это время к старушке. Это была тетка княжны Марьи, с которой княжна жила теперь в Воронеже.

– Я, ma tante, как следует солдату, ни от чего не отказываюсь, никуда не напрашиваюсь.

– Ну, помни же.

Они подошли к рябой старушке. Старушка, тетка княжны Марьи, стала благодарить Nicolas за спасение ее племянницы. Княжна Марья никуда не ездила. Она вся была в своем горе – потере отца, в заботах о племяннике.

– О, это такой ангел! Надеюсь, вы посетите нас, граф?

Nicolas обещал, и, странное дело, он чувствовал, как он краснел, говоря о княжне Марье. Не то, чтобы он был влюблен в нее. Нельзя было быть влюбленну в княжну Марью, но отчасти как будто совесть его мучала в чем-то по отношению к княжне Марье и отчасти что-то странное,[5 - Зач.: не любовь, а связь неразрывного чувства.