Вилами по воде

Озеро

У подножья горы, где маяк наблюдает за бухтой,

где как будто прибоем на склон занесло незабудки,

а побеги настурций в цвету забрались на причал –

в этих райских местах, где в воде отражается берег,

много разных чудес – от сирен до жуков-скарабеев –

это озеро Мичиган, Тун или, может быть, Чад;

вот туда, в те края, иногда я в моменты печали

отправляюсь ночами – иду по пустому причалу

и смотрю на мерцанье далёких озёрных огней,

на безжизненный в лунном свечении пляж опустелый,

на маяк, прорезающий полночь прожектором белым,

на чернильную гладкую воду и звёзды на дне…

Я давно это озеро знаю в мельчайших деталях –

от каскадов задумчивых ив в предзакатной потали

до названий притихших причаленных лодок и яхт –

с панорамой размытой, в тенях и оттенках бесцветных,

так похожей на сон в меланхолии лунного света,

что иллюзией кажется ночь, и вода, и маяк;

здесь с такой остротой ощущаешь свою одинокость,

безвозвратность потерь; лёгкий ветер озёрный доносит

дальний звон, перекличку сирен, тихий шелест листвы;

для чего ты всё так, как случилось, о Господи, сделал?

Уплывают во тьму к молчаливым лугам асфоделий

незабудки и россыпь настурций и трав полевых…

Мне нельзя здесь бывать – этот воздух для психики вреден,

я болею потом, но проходит какое-то время,

и меня снова тянет какая-то сила сюда

непонятно зачем – мне совсем не становится легче,

пустоту и тоску ни вино и ни время не лечат,

ни маяк в темноте, ни воды бесконечной слюда…

Опрокинуто звёздное небо в безмолвную заводь,

вдалеке в лунном свете мелькают огни, ускользая –

то ли духи озёрные, то ль караван кораблей –

между тем перспектива бледнеет, тускнеет пространство,

распадаясь на зыбкое множество пятен абстрактных,

растворяется фата-морганой и тает во мгле;

возвращаюсь под утро домой, по дороге замёрзнув,

наливаю вино в тишине беспросветной и мёртвой,

пью, грущу, вспоминаю – и видятся в красном вине

огоньки карусели озёрной… Господь милосердный,

пусть реальность моя будет тягостной, скудной и серой,

но пусть будет блестеть это лунное озеро в ней…

Река

Я ходила искать моего убежавшего Джека

По осеннему лесу, по колкой траве порыжелой

Над рекой с неподвижной водой ледяной молчаливой,

Где каскадом склонились безмолвно плакучие ивы –

Я искала его, я звала его: Джек! – и свистела,

Но ни звука в ответ из окрестных полей опустелы