Магия света и тьмы

– Я видела парня, который пробегал мимо, – ответила я.

Мужчина обрадованно улыбнулся.

– В какую сторону он побежал?

Показав рукой в левую часть леса, я немного сжалась. Всё же, на половину это ложь… Он пошел в противоположную сторону.

– Прекрасно, спасибо за помощь, очень важно служить своему Королевству.

Мужчина поклонился и ушел за своими людьми, чтобы направиться туда, куда я указала.

Хватит с меня сегодня встреч в этому лесу… Только перенервничала. Нужно возвращаться к маме.

Выйдя из леса у меня закружилась голова. Это было так неожиданно, что меня пошатнуло. Словно что-то ударило сзади. Что со мной? Перед глазами начали появляться разноцветные вспышки, словно красивые фейерверки с картинок книг.

Зажмурив глаза от боли и прикусив язык, я присела на корточки. Делая вдох и выдох в попытках успокоиться, я понимала, что нервничаю лишь сильнее с каждой секундой.

Ко мне подбежала мама и приложила ладонь ко лбу.

– Температура не повышена… Что именно у тебя болит?

– Голова, очень сильно, – взмолилась я, сдавливая руками виски.

Мама достала из своей сумки отвар из мяты, розмарина и дождевых ягод* – они обладают успокаивающим эффектом.

– Давай, сделай пару глотков, – она осторожно приподняла мой подбородок и приблизила бутыль к губам.

Сделав пару глотков холодного отвара, потихоньку я почувствовала, как тело приходит в норму. Боль в голове есть, но терпимая. Я выпила всё до последней капли из-за неожиданно атаковавшей меня жажды.

Я смогла встать, но мама всё равно старалась в любую секунду поймать меня, если что-то пойдет не так, несмотря на то, что в ее руках была моя маленькая сестра.

Мы дошли до дома. Половицы заскрипели от каждого нашего шага. Теплый воздух приятно согревал заледеневшую после улицы кожу, особенно мой длинный нос, который всегда мерз первым. Папа часто раньше шутил, что с таким длинным носом, я всегда буду ввязываться в неприятности.

Вслед за нами в дом вошёл папа и я радостно бросилась в его объятия. Взглянув на его чёрные волосы, которых коснулась возрастная седина, мне стало грустно, ведь это служит напоминаем, что никто из нас не вечен и время быстротечно.