Тасино горе

Вслед за чинными, выдержанными детьми Извольцевыми, поглядывавшими на всех с некоторым высокомерием, прикатили дети Раевы – брат и сестра, Тарочка и Митюша; она – пухлая, здоровая, румяная девочка – шалунья и хохотунья, любимая подруга Таси; он – толстый карапузик, большой забияка. С ними приехала и их молоденькая француженка-гувернантка, не менее веселая и жизнерадостная, нежели они.

– Вот потеха-то, – весело смеясь, еще на пороге кричала Тарочка, – нас чуть из кабриолета Лука не вывернул.

Он ударил Красавчика, a Красавчик понес… И экипаж на бок… Вот смеху-то было! М-lle кричит, Митюша бранится, a я хохочу, хохочу, хохочу!

– Ах, как страшно! – в один голос вскричали сестрицы Нини и Мери.

– Я не понимаю, что тут смешного, когда лошадь несет и экипаж на сторону, – пожимая с пренебрежением плечами, произнес Викторик, взбивая рукой свои туго завитые барашком волосы. – Если б наш кучер осмелился нас вывалить, я бы его проучил моим хлыстом.

– Во-первых, он не вывалил, a во-вторых, ты не смеешь драться! – вся вспыхнув, закричала на него запальчиво Тарочка.

– Не прилично говорить «ты» старшим. Я старше вас, – процедил сквозь зубы Викторик, награждая девочку негодующим взглядом.

– Ах, ты, фофан! – неожиданно расхохоталась Тася, и прежде, чем маленький паж успел опомниться, она подняла руку и в один миг испортила всю его великолепную прическу, смешав и спутав тщательно завитые волосы.

– Как ты смеешь, невоспитанная девчонка! – сердито крикнул маленький пажик, в то время как его сестры Нини и Мери дружно испустили короткий крик негодования и испуга.

– Ах, скажите пожалуйста, какая неженка! Велика важность – ему прическу смяли! – хохотала Тася во все горло, бойко поглядывая на остальных детей и как бы ища у них сочувствия.

– Девочка не должна так поступать. Эго стыдно, – произнесла по-английски незаметно подошедшая мисс Мабель.

Но Тася не понимала английского языка. Да если бы и понимала, то не обратила бы ни малейшего внимания на замечание гувернантки.

Она была вполне счастлива, потому что Тарочка и Митюша – её закадычные друзья – хохотали во все горло над её проделкой, в то время как Павлик и Леночка старались успокоить разобиженного Викторика.

– Дети, обедать! Обедать скорее! – послышался в эту минуту голос Нины Владимировны из комнаты.

И вся толпа маленьких гостей, в сопровождении своих юных хозяев, двинулась в столовую.