Будет страшно. Дом с привидениями

Прекрасная головка запрокинулась, нижняя челюсть, словно плавясь, начала отслаиваться от черепа и стекать вниз на грудь. Окно вдруг посерело, его облепили мухи и тараканы. Затем стекло с треском лопнуло и разлетелось на мелкие осколки. Роберт заслонился рукой, чтобы защититься, а когда снова открыл глаза, понял, что лежит в своей мастерской на старом диване. Будильник неистово звонил – пора вставать и отправляться на Каштановую.

На третий день работы Роберт не испытывал ни малейшего возбуждения, глядя на свою модель.

Когда солнце снова коснулось крыши дома из красного кирпича, Гала соскользнула с подоконника и исчезла из виду.

Роберт подошел к дверям за конвертом. Дверь распахнулась.

Она стояла в темном проеме, по-прежнему обнаженная. Совсем близко. Гала протягивала ему белый конверт с гонораром. Когда Роберт решился взять его, их пальцы соприкоснулись.

Конечно же, он не помнил всех женщин, которые побывали в его постели. Даже не так… Половина лиц и тел давно стерлись из его памяти.

А все, что было дольше десяти лет назад, так и вовсе виделось через мутную пелену. Но, когда пальцы художника коснулись его последней модели, сознание пронзила вспышка дежавю: «Я уже видел ее когда-то!» Он вцепился взглядом в глаза, нос, щеки, линию подбородка и аккуратные маленькие ноздри своей Галы. На правой щеке едва заметная родинка. «Откуда я тебя знаю?» – подумал Роберт и сделал шаг к ней навстречу.

Едва нога художника ступила за порог, девушка схватила его за запястье и затащила внутрь дома.

Свет померк.

Роберт испуганно заморгал. Сейчас глаза привыкнут к полумраку, и он увидит свою прекрасную Галу, рассмотрит интерьеры, скрытые от посторонних глаз тяжелыми портьерами.

И через минуту он стал различать, где находится. Вот только внутри дома из красного кирпича, к удивлению художника, оказалась его старая мастерская. Лет пятнадцать назад он жил и работал в такой на окраине Неназванного города.

В то время у него было много амбициозных планов, в Доме культуры намечалась первая персональная выставка, от поклонниц у молодого, длинноволосого творца не было отбоя.

Роберт сидел в центре этой старой мастерской на кушетке. Днем на ней ему позировали обнаженные модели, вечером на ней же он занимался любовью либо с одной из них, либо с кем-то, кого цеплял прямо на улицах.

И вот он смотрит, как робкая юная нимфа, прикрываясь простыней, выглядывает из-за мольберта. Ее лица не видно.