Жар ледяного сердца

Супруг не хочет спать с ней? Значит, возьмет во сне старую подругу. Главное – не струсить в самый неподходящий момент. А то у нее из постельного опыта один поцелуй и пара шальных объятий. Надежда лишь на непритязательность мужчины.

– Понаблюдайте еще немного, – подытожила чародейка, – а завтра послезавтра покажешь ее.

– Как прикажете, госпожа.

– А теперь ведите к бедолагам. Желательно начать с бездыханного, хочется рассмотреть его форму.

Эдор кивнул и направился к знакомому выходу со стен. Атиль последовала за ним.

Всегда любила замковое подземелье! В узких, освещенных редкими магическим огнями проходах было что-то волшебное. Казалось, именно здесь магия, петляя и путаясь, преобразуется и преумножается. А следом спешит наверх помочь своей госпоже нести тяжкую ношу мага-хранителя рубежного града. В детстве Атиль частенько бродила здесь: духота не пугала, запах сырости казался родным, а сквозняки так и норовили поиграть в чехарду. Даже сейчас письмена на стенах, скрытые полутьмой лестницы, шершавые низкие потолки придавали сил и наполняли душу теплом воспоминаний.

Вошли в ближайшую к входу камеру, обычно ее использовали, чтобы разговорить особо молчаливых. Время от времени тени-айшала устраивали здесь странные танцы и производили неизгладимое впечатление на неподготовленных визитеров. Атиль склонилась над еле живым телом, зажгла еще один магический огонь и вгляделась в рисунок на нагруднике: заключенный в треугольник цветок с пушистым розовым венчиком и колючей чашечкой и ножкой. Определенно он где-то встречался, но где именно, она вспомнить не могла.

Чужие пальцы сжали запястье и потянули ее вплотную к визитеру. Атиль увидела раскрытые глаза мужчины и охнула. Попыталась отодвинуться. Тщетно! Левое плечо пронзила резкая боль. Чародейка снова дернулась и призвала магию. Еще успела заметить, как Эдор спешит на помощь, услышать, как лезвие незнакомца со звоном падает на пол, еще видела, как из ладони вырывается пламя и пожирает все вокруг, а потом мир потонул в мрачном море болезненной черноты.

Глава пятая. Птица и дракон

Вильяр смотрел в окно и сжимал кулаки. И здесь, на рыночной площади, каждый торговец норовил полебезить перед командиром хранителей Реддиком. А тот знай себе прогуливался королем вдоль торговых рядов. Отдавал покупки сопровождающим слугам и продолжал триумфальное шествие.

Его и впрямь принимали как победителя, будто день ото дня он вершит великие дела.