Под гнетом страсти

Молодая девушка, между тем, снова пошевельнулась, вздохнула, легкий румянец появился на ее щеках; она открыла глаза и увидела над собой склоненную голову того, кто за несколько минут так сильно поразил ее своим внезапным появлением. Их глаза встретились.

«Самые хорошенькие глазки в мире! – подумал он. – Прелестный ротик, чудные зубки! Да этот ребенок просто клад!»

Он улыбнулся ей той светской, свойственной ему улыбкой, которая доставляла ему столько побед.

– Mademoiselle, это ничего, не бойтесь, сильный испуг, я на повороте дорожки вырос перед вами, как из-под земли, вы испугались, хотя я не понимаю причины.

– Ах, я видела вчера сон!.. – вся зардевшись, сконфуженно пробормотала Рена.

– Сон? – удивился незнакомец.

Молодая девушка смешалась еще более и сильно рассердилась на себя за свою болтливость…

– Да… нет… – прошептала она едва слышно. Он не стал расспрашивать.

– К счастью, – переменил он разговор, – вы упали не на корень дерева, я перенес вас сюда и мне удалось привести вас в чувство.

Ирена, приподнявшись на локтях, не сводила с него глаз.

– Теперь вы совсем пришли в себя, – продолжал он, – как вы себя чувствуете? Не ушиблись ли вы?

Она сделала над собой неимоверное усилие, снова побледнела, потом покраснела. Сердце ее сильно билось.

– Нет, теперь мне совсем хорошо! – наконец пробормотала она. – Благодарю вас.

Движением она выразила желание встать. Он сейчас же помог, и она, опершись на его руку, встала, но ноги у нее все еще подкашивались.

– Вы очень слабы, – сказал он ей, – не могу ли я пойти предупредить ваших родителей? Вы, вероятно, живете здесь поблизости, за вами могли бы приехать.

– Нет, нет! – поспешно отвечала она. – Я живу около Покровского… через четверть часа я буду дома.

– Около Покровского? Действительно, это очень близко. Вы мне позвольте проводить вас, так как одна вы идти не можете.

Ирена смотрела на него в замешательстве. Он любовался ее смущением.

– Благодарю вас! – тихо произнесла она.

– Достаточно ли вы сильны, чтобы идти?

– Да!

Она сделала несколько шагов, сначала несмело, потом более уверенно, опираясь все еще слегка дрожавшей рукой на его руку.

«Она очаровательна! – говорил он сам себе. – Кто она такая? Ни малейшего знания светского обращения!.. Очень застенчива. Несозревший плод… но зато какой плод!»

Он вел ее с удивительною ловкостью и поддерживал с нежным, почти женским, вниманием.

Вдруг Ирена подняла на него свои большие взволнованные глаза.