Три желания королевы снежных пустошей

– Чувствую, муж он превосходный, ты прямо светишься от счастья.

– Не твоего смертного ума дело, – парировала королева и прошила его таким холодным взглядом, что Тьяру захотелось спрятаться под стол.

Гость торопливо приложился к напитку, но хозяйка замка, к счастью, не собиралась раздувать ссору. Она постучала пальцами по столу и перевела взгляд на свой кубок.

– У меня нет плана лабиринта, но есть волшебный камень, он указывает путь. Четко представляешь, что тебе нужно, кладешь камень на ладонь и смотришь. Темная сторона указывает направление.

– А как я доберусь обратно? – Тьяр невольно скривился в усмешке. – Буду представлять тебя?

Королева нахмурилась и задумчиво прикусила уголок губы.

– Не знаю, видишь ли ты меня настоящей, – выдохнула она и снова бегло приложилась к кубку. – Думаю, нам стоит объехать замок, его представить легче. Пойдем!

Встала на ноги и поманила Тьяра за собой к неприметной узкой двери, вероятно, дополнительному выходу из столовой.

– Отправиться к королеве Тьме лучше вечером, чтобы прибыть к рассвету, когда она немного ослабеет от юного солнца. У нас есть время разобраться, что к чему.

Тьяр нагнал ее и пошел рядом, раздумывая, уместно ли предложить чужой супруге опереться на его предплечье, или нет.

– Заодно научишься управлять санями, – философски заметила спутница. – Будет лучше, если белолапки привыкнут к новому вознице. Они, конечно, знают, где незаметнее остановиться у замка Тьмы и как легче попасть в подвалы, но управлять ими так или иначе придется.

– Я думал, ты довезешь меня, – осторожно предположил Тьяр. Подозревал, что и эта жена короля Зимы тоже больше пленница, но хотел услышать подтверждение от нее.

Королева остановилась и снова заглянула ему в глаза. На этот раз лукаво и немного насмешливо, словно знала о его сомнениях.

– Если ты еще не понял, – ехидно заметила она, – то я уточню. Тоже не могу уйти за пределы своих владений. Король Зима тщательно следит за соблюдением границ.

Тьяр покачал головой. Сейчас не видел перед собой колдунью, скорее девчонку из тех, с которыми играл в детстве. Они, конечно, выросли и стала заметна разница положений, но воспоминания о давних играх не позволяли холодности победить дружеское расположение.

– А откуда белолапки знают дорогу? – вполголоса поинтересовался он.

Взгляд собеседницы похолодел. Она развернулась и снова пошла к двери.

– Тебе это знать необязательно.