Ночь золотой саламандры

Вояка приблизился и поймал ее взгляд. В горле пересохло, а сердце забилось рыбкой в сетях: он смотрел не зло или покровительственно, а как мужчина на желанную женщину. Пробегал взглядом, обнажая новый кусочек тела каждым взмахом ресниц. Заставляя поверить, что она может привлекать кого-то и такой.

– Пойдемте на стены, – хрипло приказала Сальма.

Оставаться наедине с Вортаром стало боязно, не хотелось по наивности преступить границы приличия. В конце концов, она давно не юная дева и ей не пристало верить на слово первому встречному.

– Как скажете, госпожа Сальмарис, – спутник без лишних церемоний прихватил ее под локоть.

Чародейка облизнулась и поспешила на выход. Сейчас его прикосновения скорее раззадоривали, чем пугали, и ничего хорошего Сальма в этом не находила.

На стены пришли, когда ленивое солнце повисло в зените. Утренняя прохлада напоминала о себе духотой и тяжелым от влаги воздухом. Пахло разогретым деревом, металлом и кожей. Обычно в это время Сальма предпочитала тенистые аллеи сада, но сейчас радовалась, что они с Вортаром наконец добрались до верхотуры, где туда-сюда постоянно прогуливаются дозорные.

Мужчина, кажется, забыл о ней. Он с любопытством смотрел вокруг, останавливался у каждого защитного приспособления, трогал его и не отходил, пока не вникнет во внутреннее устройство. Сальма мысленно порадовалась, что не потащила Вортара смотреть морские укрепления. Пусть довольствуется защитой от своих, а не от чужаков. Магии ему, конечно, не разгадать, но все равно не следует показывать возможным врагам больше, чем нужно.

– От кого построили стены? – спросил Вортар деловито, когда Сальма решила, что они провели здесь достаточно времени, и напомнила ему об обеде в замке.

– От жителей острова в те моменты, когда они не согласны со столичной политикой.

Сальма лучезарно улыбнулась и взяла мужчину под руку. Говорить о внутренних разногласиях не хотелось, и она надеялась, спутник перенесет все внимание на нее. Вортар огладил рыжую бороду свободной рукой и задумчиво нахмурился.

– Вы хотите сказать, на острове нет единства?

Чародейка мысленно обозвала себя болтушкой. Надо было игнорировать его вопрос сразу. Улыбнулась еще шире и погладила предплечье вояки.

– Сейчас есть, но всякое бывало… Даже доходило до восстания, – деланно вздохнула: – и до жестокой расправы над побежденными тоже.

– И в чем же главное разногласие? – вкрадчиво поинтересовался Вортар, и Сальма почувствовала себя пленным на допросе.