Охота на ректора, или Маскарад в академии зельеварения

Человека, сносно освоившего все направления, Дария видела в первый раз.

– Кто бы там ни пел, он явно пел в другом месте, – подытожил спутник.

Ректор огляделась и с досадой заключила, что он скорее всего прав. В свете фонарей отлично проглядывался толстый слой пыли, покрывающий все вокруг: полки с пустыми бутылями, плошками и двумя перевернутыми котлами, очаг, пол и даже подоконник.

– А есть зелье, чтобы замести следы? – поинтересовалась она первым, что пришло в голову. – Или засыпать пылью все помещение?

– Зелье-то можно сварить любое, – пожал плечами декан и ухмыльнулся, – но тогда злоумышленников должно быть по меньшей мере двое: зельевар и маг-пользователь.

– Но вы только что применили активное зелье…– попыталась возразить Дария. Прекрасно отдавала себе отчет, что Куртис уникален, но хотелось понять насколько.

– Это не делает меня магом, – махнул рукой собеседник и посмотрел на нее как-то снисходительно, как на маленькую девочку. – Владение десятью элементарными заклинаниями никого не делает магом.

Просто умение зажигать фонари страшно полезное. А вот замаскировать свое присутствие я уже не смогу… Впрочем, давайте посмотрим. Если здесь хозяйничал кто-то, непременно останутся следы.

Он по-кошачьи неслышно прошел вглубь помещения, огни неспешно поползли за ним. Дария тоже. Полутьма коридора нравилась меньше освещенной комнаты. Пространство вокруг было непривычным и настораживающим. Вздохнула. В академии для чародеев, где училась она, все казалось куда современней и проще. Неудивительно! Как бы Дария ни огрызалась на Куртиса, вся магия заклинателей заключалась лишь в словах, которые надо выучить и правильно использовать.

Сто волшебных песен дарили не так много возможностей, не сравнить с почти всемогущими зельеварами.

При внимательном рассмотрении комната все-таки оказалась восьмиугольной, и страх отступил. Четное количество углов легче строилось, но и энергию зельевара преобразовывало хуже. Дария улыбнулась: в дебрях изученной теории требовался проводник, иначе со временем в голове все перепутается и любой чих покажется угрозой.

А ректору бояться не пристало: и так авторитета никакого, а начни трусить, подчиненные и вовсе засмеют.

– Вернитесь к двери, – строго предупредил декан Куртис, – дух-хранитель особняка любит подшучивать над гостями в вечерний час.

Дария нахмурилась, но подчинилась. Развернулась и направилась в коридор. Пахнуло прогнившим деревом, ноги погладило ледяным сквозняком, и дверь разгневано хлопнула.