Ключи от счастья

Хозяин радушно встретил Илу, рассыпался в любезностях и все норовил лишний раз подчеркнуть, как ей благодарен. Он усадил гостей за дальний стол в темном, но очень уютном уголке и исчез, пообещав принести все самое лучшее. В зале стоял полумрак, пахло жареной рыбой, народу вокруг было достаточно, на Илу со спутником никто не обращал внимания. Она откинула голову на спинку стула и прикрыла глаза. Ладин аккуратно положил свою ладонь рядом с ее рукой. Стол был деревянный, теплый и приятный на ощупь.

– Устали? – виленвиец будто невзначай накрыл руку женщины, лежащую на столе.

Ее ладонь была жесткой и горячей.

– Немного, – Ила высвободилась, царапнув ладонь спутника камнем перстня. – А вы нет? С вашими-то ранами… Прямо чудо какое-то…

Он посмотрел на нее: в полумраке зала она казалась немного надменной, чужой и холодной. Интересно, а после занятий любовью у нее такой же вид?

– На мне все заживает как на кошке, – Ладин пожал плечами, – и лекарь оказался просто божественный.

– Это вы про моего прежнего помощника? – в глазах Илы сверкнула лукавая искорка с налетом легкомыслия.

 – Он действительно неплох. Только уж больно самодоволен. Я в его возрасте предпочитала слушать и учиться, а он все норовил отчебучить что-нибудь. У него и отец такой же … Все суетился, то с нами был, то против нас…

Принесли еду: запеченную щуку с тушеной морковкой, свежие овощи и вареный картофель. Запахло специями. Ила положила немного в тарелку и принялась за трапезу. Она ела как все кранцы, быстро и четко орудуя вилкой.

Ладин никак не мог привыкнуть к подобному, в Виленвии едой наслаждались, смаковали, есть быстро можно было только в случае чего-нибудь срочного. Она заметила его взгляд, истолковала его по-своему и пояснила:

– Когда нам досталась власть, не все нас поддерживали.

Ладин улыбнулся.

– Ила, сколько вам лет? Тридцать?

– Двадцать шесть, – ухмыльнулась она.– Я выгляжу старше?

– Вы прекрасны, – Ладин покачал головой. – Скажите, а каково получить власть в четырнадцать?

– Мы справились, – сестра конунга опустила глаза в тарелку и начала сосредоточенно ковырять морковку.

Сын Хозяев Еруды мысленно укорил себя за длинный язык, с такой тактикой он ее точно не очарует. Ила, однако, быстро успокоилась, к концу ужина улыбалась и шутила над виленвийской неспешностью собеседника. Когда они вышли из трактира, солнце практически село. Людей вокруг не было, лишь изредка попадались одинокие прохожие.