Брачная афера Ривотта Мадсона

Ловко! Билеты на самые дорогие места на дракодроме стоят целое состояние, а тут так элегантно просят еще.

– Хорошо, три билета на синие кресла.

– Я зайду послезавтра в обед, – пообещал дознаватель и поспешил прочь.

Ривотт вернулся к жене. В столовой стало темнее и пришлось поискать свечи. Зажег несколько в канделябре, что стоял на подоконнике, и вокруг стало теплее и уютнее.

Гортензия не шелохнулась. Сидела за столом, обнимала ладонями чашку с чаем и пустым взглядом смотрела перед собой. Казалась еще мрачнее, чем несколько минут назад.

Она успела принести супругу тарелку с запеченной говядиной и зеленым горошком и теперь снова вернулась к своим невеселым мыслям.

Пахло мясным соусом: перцем и тушеными помидорами. Ривотт втянул приятный аромат и отогнал дурацкую мысль о подсыпанном женой яде. Гортензия обновила чай в чашке и отхлебнула. Вздохнула и едва слышно шмыгнула носом, как готовый разреветься ребенок.

Стало не по себе. Будто не Рипсалис, а он, Ривотт, расстроил женщину.

– Осторожнее с ним, – едва слышно проговорила Теззи, глядя перед собой – Он только прикидывается простачком, на самом деле всю душу наизнанку вывернуть может.

– Кто? – прищурился Ривотт.

– Дознаватель, – пояснила Гортензия. Смерила мужа взглядом, выложила на стол медный потертый ключ и уточнила: – От твоей комнаты. Вторая дверь после окна наверху, – набрала в грудь воздуха и продолжила: – дверь между нашими спальнями не запирается, но, очень прошу, стучись, – криво усмехнулась: – Ждать тебя сегодня в постели?

– Нет, – покачал головой мужчина.

Несколько покоробил будничный тон благоверной, но Ривотт одернул себя. Не настоящий же он муж, так, вовремя подвернувшийся старый знакомый. Невозмутимо продолжил: – Завтра важное соревнование. Надо поспать.

– Отлично, – закивала Гортензия и поднялась из-за стола. – Увидимся за завтраком.

Собралась было выйти, но супруг не дал. Осторожно схватил за плечо.

– Вексель… Хочу забрать его.

Гортензия покачала головой.

– Отдам через полгода. Нужны гарантии. Твое слово ничего не стоит.

– Но мы договаривались! – возмутился Ривотт.

– Ешь, – Теззи вырвалась из захвата, – остынет.

Оправила рукав и вышла прочь. Ривотт уселся за стол и послушно принялся за трапезу. Догадывался, что приятельница обманет с векселем, и даже не злился. После той выходки с предложением он бы тоже себе не доверял. В юности поступок казался страшно остроумным, а сейчас и вспоминать было стыдно.