На изломе

Замелькали остроконечные шапки, зеленые и белые халаты, длинные копья с пучками красных волос на концах, кривые луки и кожей обтянутые саадаки[2 - Саадаки – чехлы для луков.]. Это несчетная сила татар, башкир и калмыков. Потом пошли сибирские войска и за ними стройными рядами то конные, то пешие полки из боярских и дворянских детей, обученные западному строению.

Государь, встречая каждый отряд, ласково кивал ему головой и провожал до самого конца сияющим взглядом, а патриарх, благословляя проходивших правой рукой, левой кропил их святой водой и неустанно повторял слова благословения.

А за воротами Кремля войска встречал толпившийся народ и провожал их радостными кликами.

Это торжественное прохождение войска заняло все время и зажгло сердца воинственным жаром.

– Что, други, – улыбаясь, обратился царь к стоявшим вблизи, – не возгорается ли и у вас охота идти на ляхов?

– Так бы и полетел, – ответил пылко боярин князь Теряев-Распояхин.

Царь улыбнулся:

– Про тебя знаю! Отец твой, вояка, и Москву от ляхов очистил, и с Лисовским, слышь, бился, и Сапегу знал, а ты с Шеиным под Смоленском был.

Молодой князь Терентий, сын Теряева-Распояхина, смущенно выступил и стал на колени.

– Твоя воля, государь! – сказал он.

– Встань, встань, – приказал ему царь, – я ведь шутя говорю. Так как хочешь? Ась?

– Остаться, – прошептал Терентий, вспыхивая.

– Ну и оставайся, а мы воевать уйдем! Так-тось!

Князь Теряев нахмурился и грозно взглянул на сына.

– Не погневись, государь, на глупого, – сказал он, – и я, и сыны мои за тебя готовы костьми лечь.

– Да ты что, – улыбнулся царь, – я его своей волей здесь оставляю.

– А на место его мой младший идет, государь, в поход с нами.

– У тебя и еще сыны есть?

– Петр, государь! – ответил князь.

– Ну, ты его покажи мне.

В это время последний отряд уже уходил в ворота, и скоро площадь опустела.

Царь встал и набожно перекрестился.

– Да будет, Боже, воля Твоя! – произнес он и, обратясь ко всем, сказал: – Через неделю и мы поедем!

Смотр окончился.

Государь сел в раззолоченную колымагу, чтобы переехать небольшое расстояние от патриаршего двора до своего дворца. Вершники побежали впереди. Шествие тронулось.

Следом за ними поехали и царица со своими боярынями.