Большая душа

Лиза рассказывала с таким горячим воодушевлением, что Досе и Вене Лизина деревня и впрямь казалась какой-то обетованной землей.

Однажды Дося попросила ее:

– Слушай, Лиза, пусти меня как-нибудь к себе, ради Бога, когда утром не будет дома твоей старухи. Я тебе помогу окна мыть; вместе и песни петь будем, тебе же веселее станет. Ладно? Пустишь, Лизонька?

Лиза звонко, весело расхохоталась в ответ на эти слова.

– Куда тебе, ты же барышня; да нешто сумеешь ты мыть окна? Сказала тоже!

Дося вспыхнула:

– А по-твоему, не сумею? Как же! Да я! я у нас дома все сама делаю.

– Ну, пыль-то стирать да обед разогревать не велика трудность, – оборвала ее Лиза, – пыль-то я тебе и у нас стереть позволила бы. Хоть и сама-то я едва-едва с этим делом справляюсь. Подумайте, миленькие, ведь каждую-то вещичку перетереть надо; а вещиц этих самых у старухи – гибель. Особенно хрупкие вещи, одна беда с ними. Есть у нас, к примеру, часы бронзовые, под стеклянным колпаком, а над ними китаец сидит, глазами раскосыми водит.

– Живой? – не то восторженно, не то испуганно вырвалось у одного из маленьких слушателей.

– Сказал тоже! – усмехнулась Лиза маленькому восьмилетнему сыну прачки, Сене. – Будет тебе под стеклянным колпаком живой китаец сидеть – небось, задохнется. Кукла, понятно, только так уж эта кукла, скажу я вам, хитро сделана, что как есть живая, да и только.

– Лизонька, душечка, миленькая, сведи ты нас с Ваней как-нибудь в квартиру твоей старухи, покажи нам китайца! – неожиданно взмолилась Дося.

– И меня! – вторил ей Сеня.

– И меня! – слышался еще чей-то молящий голос.

– И меня, и меня, Лизонька! – присоединились к ним остальные дети.

Но Лиза только улыбнулась в ответ на все эти просьбы и покачала головой.

– Никак этого невозможно сделать, миленькие, потому хозяйка во всякое время нежданно-негаданно вернуться домой может. Скандалу тогда не оберешься, ей-ей! Лучше слушайте, что я вам про другие вещи, какие у нас есть, рассказывать буду.

И, все больше и больше заинтересовывая своих маленьких слушателей, Лиза описывала детям имевшиеся в квартире старой ростовщицы диковинные вещицы.

Кроме китайца с живыми бегающими глазами, были там и две другие забавные вещицы: чучело медвежонка, совсем живого на вид, по уверению Лизы, и прелестный старинный сервиз с картинками.

– А сервиз этот из нашего дома, от здешнего жильца.