Дорога сильных. На пороге мира

Мальчишка опять смотрел волком, девочка терзала платок.

– Милая, почему ты раньше нам не сказала? – спросила, наклоняясь к ней, Рита.

Девочка подняла голову, ясные голубые глаза взглянули прямиком в Витькины синие.

– Не хотела вам лишних хлопот доставлять. У вас и так их полно.

Парень мысленно чертыхнулся. Вечно загруженный, он забывал про ее особый дар, эмоциональную чувствительность, общался будто с нормальным человеком. И добрая девочка решила не грузить, жалуясь, а справляться со всем сама. Не вышло.

– Я нормальный человек, – сказала она, будто отзываясь на его мысли. – Только… не надо меня жалеть, я… не люблю этого.

– Извини.

– Ты не со зла, я знаю. И… ребят, спасибо вам за заботу, но, может, хватит обо мне думать? Кажется, Тимуру вы нужнее.

Рита нахмурилась, но отстала. Линда тоже поднялась, отошла в сторону вместе с Виктором.

– Не нравится мне это все, – прошептала она. – Надо с девчонками поболтать. Мало ли, вдруг кого проглядели. Не хочу об этом думать, но… ведь могли! Цветник у нас еще тот, чего только Алина с Сонечкой стоят! И ведь слова не скажи, огрызаются.

Ох, Вик, что-то не по душе мне роль жандарма.

– Ты справишься.

– Ты так веришь в меня?

– Тебе деваться некуда.

Рыжая фыркнула, но улыбнуться он ее заставил.

– У меня много талантов, конечно, но общение с девочками-подростками – не мое.

– Мне казалось, ты не настолько стара, чтобы забыть, каково это.

– Эй ты! Стара? Серьезно? Мне двадцать вообще-то!

– Целых двадцать? Хм…

Парень улыбнулся широко и сделал шаг назад.

– Думаю, нам стоит поесть, – сказал он и отправился на хозяйственную часть. – Ужин-то пропустили.

– Ви-ик, – с угрозой в голосе протянула Линда и ринулась следом.

Нагнала у стола и хотела толкнуть в плечо, но едва не снесла котелок, потому как парень увернулся и направил девушку вперед. Перехватил в последний момент, развернул, пальцы легли на ее запястья. Она качнулась, и он шагнул, прижимая к столешнице.

Застыли, уставившись друг на друга. Близко, очень близко.

Непослушные рыжие пряди возле лица, распахнутые в удивлении глаза, чуть приоткрытые губы. Биение пульса девушки под его пальцами – рукава рубашки закатаны, обнажая нежную кожу… будто приглашая огладить ладонями. И запах: ромашка и полынь, и капелька медового донника – совсем как степь, нагретая жарким летним солнцем.

Черт, и что у него в голове?!

Линда уперла ладони в его живот, толкнула легонько, и он будто очнулся. Шагнул назад, нервно хмыкнув.