Немой набат. 2018-2020

Но когда начал излагать то, от чего ушли лидеры оппозиции – а это были мысли Суховея, – глаза Боба стали внимательными, он ни разу не прервал.

Винтроп был опытным разведчиком и прекрасно понимал Соснина. В долгосрочных планах Дмитрий давно занял предназначенное ему место, где могли пригодиться его сильные качества. Так бывало всегда: вербуя агента влияния, хорошо изучив его, Боб отводил ему подобающий ранг в своей иерархии. Речь не шла о должности – эти вопросы решает жизнь, – скорее о «специализации».

Между тем мысли об отсутствии в России государственной элиты, спорные, но любопытные соображения о санкционных просчётах не укладывались в образ Соснина.

– Это твои выводы?

Соснин покраснел, но сумел выкрутиться:

– Забавно, на тусовке я встретил земляка, рядом сидели. Потом вместе обсуждали, и это плод общих размышлений.

– Что за парень? Что у него между ушами?

– Да уж не парень, под сорок. Головастый, но недотёпа, неустроенный, перекати-поле.

– Подробнее, подробнее.

– Валентин Суховей, закончил в Томске двадцать восьмую школу, учился в техникуме. Без толку мотался, уехал в Москву, а там и вовсе потерялся.

– На что живёт?

– Студенческий бюджет. Батрачит на блогера, который его послал в Вильнюс, достал пропуск на форум.

Винтроп потерял интерес к Суховею, переключился на общую ситуацию в России. По его мнению, она сползает к катастрофе. На эту тему он мог говорить часами. «Раньше я его фактурой снабжал, – с грустью подумал Дмитрий, – теперь он меня просвещает».

Когда вышли из кафе, Боб вдруг спросил:

– Говоришь, земляк двадцать восьмую школу закончил? В каком году?

– Точно не скажу. Где-то в конце девяностых… Да! Он не один. Мало того, что гол как сокол, за ним баба увязалась. Деревня деревней, из-под Владимира. Познакомились в электричке, она его на жалость берёт, пугает, что на панель пойдёт. В общем, странный человек. Убогий, тихоня, тонет в будничной суете. А башка варит.

Винтроп не комментировал.

Пребывая на политическом мелководье, в томительном ожидании славных дел, когда путинский режим рухнет, Соснин всё более увлекался общением с Суховеем.

Матёрый Винтроп, обкатав Соснина в Москве, хорошо изучил его, отведя ему должную роль в будущей российской игре.

Но и Дмитрий, немало покрутившийся среди людей из американского «аналитического» сообщества, неплохо их понял.