Переплетения смерти

Я решила отправиться на поиски столовой или кухни и покинула отведённую мне комнатушку. Оказавшись в длинном коридоре, медленно пошла по направлению к лестнице, по которой меня и привели сюда. Но тут мне почудились неподалёку чьи-то голоса. Пройдя ещё несколько шагов, я оказалась возле открытой двери, но входить не спешила.

– Говорю тебе, Эрвин, – послышался голос нынешнего хозяина замка, – леди Матильде здесь не место. Скоро её отец прознает о вашем побеге и тогда придёт сюда и потребует вернуть ему дочь.

– Ты предлагаешь прогнать её, Марк? Но она так много сделала для меня! Кормила, когда я голодал. Утешала беседой в часы тягостного одиночества. Благодаря ей я на свободе и наслаждаюсь обществом сына и брата. Неужели можно поступить с ней так низко?

– Что плохого в том, чтобы ей вернуться домой? Её родные наверняка беспокоятся о ней.

– Они отправят её в монастырь и постригут в монахини.

– Разве не почётно для женщины посвятить себя Господу?

– Мне кажется, – медленно произнёс Эрвин, – есть другой способ разрешения этой проблемы. Не будет ли лучше выдать её замуж за Патрика? Ему пятнадцать, и он вполне готов к семейной жизни. Матильда станет мне прекрасной невесткой, а её отцу придётся смириться с таким положением дел. Мы породнимся, и он перестанет угрожать нашей семье.

– Я должен всё хорошенько обдумать, Эрвин.

– Нет, Марк, я вернулся, и теперь все решения, касающиеся семьи, буду принимать сам.

Я услышала предостаточно и вновь вернулась к себе в каморку. Есть мне полностью расхотелось, а настроение совсем упало. Я ощущала в душе разочарование и тоску. Моя судьба вновь находилась в чужих руках, и это было хуже всего. Убежище, на которое я рассчитывала в замке Хогартов, стало ещё одной западнёй, поджидавшей меня в чужом и неприветливом мире.

Глава 4

Разглядывая стены небольшого помещения, в котором мне пришлось провести ночь, я размышляла о своём положении. Возвращаться назад в замок Генри Кендала не имело смысла. Возможно, на этот раз мой так называемый отец не посмотрит на помешательство дочери и высечет розгами. Уверена: то, что я натворила, привело его в ярость. Ещё бы! Организовать побег его злейшего врага из темницы – это верх наглости с моей стороны.