Мор. Книга первая

Донни бурчал что-то себе под нос, затем подошёл и сказал:

– Хоть последнюю ставку отдай, а? Мне заправится надо. Я совсем пустой.

– Попробуй забери, – сказал я, накрывая оставшиеся на столе деньги рукой.

Перчаток на мне не было, и Донни прекрасно знал, что это значит: стоит ему прикоснуться, и жить ему останется пара минут. Он повертелся у стола, выглядывая края купюр, чтобы вытащить хоть одну, а затем снова завёл шарманку про «так нечестно».

Я вытащил из горки денег десятку и бросил ему, а то не отстанет.

– На, заправься, Донни.

– Тодд, костюм! – проорал от двери Виктор.

– Сейчас подойду.

И тут от двери раздался голос, который мне не понравился с самого первого момента: ни интонацией, ни смыслом тех слов, что произнёс.

– Не нужно никуда ходить, мистер Горчак. Я сам к вам подойду. Не люблю ждать.

Я запихнул последние баксы в карман, повернулся и оглядел говорившего. Строгий тёмно-серый костюм, – очень дорогой, насколько я мог об этом судить, – в руках дипломат, на глазах солнцезащитные очки.

– Мы будем в мастерской, – сказал Майк, делая мне знак рукой.

– Ладно, ребят, – ответил Тодд и обратился к Костюму: – Давайте поговорим здесь, мистер…

Я вышел, прикрыл дверь и уже не услышал, каким именем назвал себя Костюм.

После встречи с Костюмом Тодд проводил его до двери, вернулся к нам, бросил короткое:

– Вечером поговорим, – и ушёл в офис.

Было поздно, но если Тодд говорил «вечером», то он подразумевал «когда никого не будет». Значит, заказ он взял.

После закрытия автомастерской, мы опять собрались у Тодда в офисе, и он рассказал о заказе. Предложение Костюма звучало стандартно: «убьёте человека с фотографии, получите вознаграждение». Нестандартным была сумма вознаграждения – а Тодд намекнул, что это была очень большая сумма, – и цель: мэр города.

– Джонни Брэкстон? – переспросил я, держа в руках газетную вырезку с улыбающимся во все тридцать два мэром на всю первую полосу.

Выборы завершились совсем недавно, и довольное лицо мэра Брэкстона до сих пор заполоняло Нью-Йорк. Однако, мне было совершенно непонятно, как он умудрился перейти кому-то дорогу. Мэр Брэкстон был политиком до мозга костей. Там, где все заходили в тупик, он находил лазейку; там, где лазейки были перекрыты, шёл в обход. И всегда добивался своего.