Мор. Книга первая

Я сжимал и разжимал кулаки от бурлящего во мне гнева. Да что он себе позволяет! Сейчас бы врезать ему… Я медленно перевёл дыхание и отгородился от Адама ладонью.

– Никуда не уходи, – процедил я сквозь зубы, и ушёл: где-то в шкафах должна быть аптечка.

Мысленно я проклял всё, что было связано с Адамом. Тот момент, когда он сломал мне нос. Тот, когда этот далеко не ангелочек врезал мне по яйцам. Тот, когда он появился в убежище. А особенно тот, когда я вообще придумал эту гениальную идею: привезти его ко мне!!! Теперь уже не Адам, а я сам задавал себе вопрос, на который не было ответа: «На кой чёрт он тебе сдался, Мор?!»

* * *

По возвращении я нашёл Адама там же, где оставил, но порадоваться его послушанию не успел.

У Адама изо рта бежала струйка слюны, глаза закатились. Не соврал, у него снова был приступ.

Я выругался, сорвал с окон картон, распахнул раму и перетащил Адама к окну.

– Эй, малыш! А ну прекрати.

Что я ещё мог для него сделать? Он ведь предупреждал, что так и будет, если его связать.

Я повернул Адама набок, развязал ему руки, но верёвку далеко убирать не стал. Он совсем не такой безобидный парень, каким выглядел.

– Адам, – позвал я. – Адам, очнись!

Он заворочался в моих руках, захрипел, а затем затих и задышал ровно. Кажется, хуже ему не становилось. Оставалось ждать. Я сидел и держал Адама на руках. Второй раз за вечер. От него несло мочой, рвотой и немытым телом, но мне было всё равно. И не к такому привык за свою жизнь. Я ведь людей убивал…

Дотронулся до его лица.

Гладко и тепло. Непривычно ощущать прикосновение к человеку и знать, что он от этого не умрёт.

Интересно, как он это делает? Впервые в жизни встречаю человека, способного противостоять моему Дару. Может, стоило просто поискать? Как бы то ни было, он меня сам нашёл. Мой спаситель, мой «ангел». Тикающей болью напомнил о себе сломанный нос и заныли яйца, и мне пришлось вспомнить, что на моих руках далеко не покладистый ангелочек. Я придвинул верёвку ближе. Как только этот гадёныш придёт в себя, она мне пригодится.

Адам заворочался. Одна его рука упала на пол ладонью вверх, и мне вспомнилось, как он обнимал моё лицо ладонями. Я провёл кончиками пальцев по ладони Адама. Его пальцы дрогнули, как лепестки раскрытого бутона. Адам шевельнулся, его ресницы затрепетали, он скользнул мутным взглядом по моему лицу и разочарованно выдохнул:

– А-а, это ты… Псих… – Он облизнул пересохшие губы и убрал руку. – Я уж размечтался, что ты мне привиделся.