Ключ

И вот она смотрит на меня и говорит: «Как ваш зуб мудрости? Выжил?» Я гляжу – а глаза-то знакомые, серые, те самые, между маской и балахоном. – Да, – говорю, – живой. – Ну и хорошо, – отвечает она и идёт себе мимо, толкает свою тележку.

ОНА. А что я ещё должна была сделать? Строить ему глазки? Достаточно уже того, что я проявила участие к его зубу мудрости. Но что мне понравилось – одеколоном от него несло раз в десять слабее.

ОН. Ну, я заплатил в кассе, вышел на улицу, загружаюсь в машину. Поднимаю голову – она идёт с двумя пакетами.

И глазами своими серыми – зырк на меня. Надо сказать, что и со второго взгляда она была очень даже ничего себе… Ну, я и предложил ей – подвезти. Само как-то выскочило.

ОНА. Машина у него была крутая, но залезать в неё, чтобы проехать пятьсот метров до моего подъезда, – как-то глупо. Так что я поблагодарила и пошла на своих каблуках дальше. И всей своей спиной чувствовала его взгляд…

ОН. А я гляжу, пакеты у неё такие неслабые – не очень это правильно, что женщине приходится такие тяжести таскать.

ОНА. И вот он подскочил и чуть ли не вырвал у меня из рук пакеты. И говорит, с вызовом так: я, мол, вас провожу. Надо же помочь женщине. Ладно, думаю, помоги. И помню, мысль у меня вертелась: вот ведь как, стоило снять маску, и он уже пакеты мои готов таскать… А дома, небось, жена с детишками. У таких мужчин обязательно жены есть.

ОН. И вот идём мы с ней к её дому, и я думаю: наверняка сейчас муж навстречу выйдет или на балкон выглянет… ведь не может быть, чтобы такая женщина – и одна.

ОНА. Подошли мы к моему подъезду, забрала я свои пакеты и всё: спасибо, дескать, и прощай. Ушла. А что делать? Телефончик что ли предлагать? А недели через две выхожу я из клиники – а он стоит около своего авто, улыбается во все свои здоровые зубы. Здравствуйте, – говорит, и называет меня по имени отчеству. Теперь-то, говорит, вы не отвертитесь, потому что до вашего дома пять километров, я проверил. Ну, я не стала ломаться, залезла. И пока ехали, он мне целую речь толкнул.

Я, говорит, ещё в прошлый раз хотел вас куда-нибудь пригласить, да неловко было: а вдруг вы замужем, дети и всё такое прочее. Но теперь, говорит, я знаю, что вы не замужем, детей нет. Может быть, конечно, кто-нибудь из мужчин у вас есть, – но тогда вы меня сейчас вежливо пошлёте куда подальше, и я более не буду вам докучать.

ОНА. Не скрою, я была немного ошарашена таким напором. И не нашла ничего лучшего, как спросить: а вы сами-то, мил человек, не женаты ли?.