Божьи слёзы

 – Элероны на передних и задних крыльях в порядке. Руль поворота и закрылки я повертел. Тросики целые, отзываются без натуги. Вот в движке отказ. Редуктор, похоже, «накрылся». Пусть ребята другой привезут. А то мотор ревёт во всю, а винт мало оборотов делает.

Тяга упала к чёртовой матери. Я с эшелона 2000 практически планировал на поле возле села Семёновка. Да целые мы и вся машина! Правое шасси только поменять. Да нет же, не всё! Стойка и амортизатор в норме. Колесо надо. Мы в забор въехали при рулении. Степь. Не ровный грунт.

Напоролся на гвоздь от забора или щепкой большой проткнул. Короче – надо быстрее, Иван Михалыч. Мне до Пресногорьковки ещё три часа ходу. Хорошо, что больной там не тяжелый. Успеем, не помрет если через час вертолёт техобслуги прилетит.

– Редуктор какой у тебя? – прохрипела рация?

– К= 0,658. – крикнул лётчик. На складе пять новых лежат. Я видел недавно. Всё. Жду.

–К= 0,658, – понял тебя, Юра. Конец связи. – Рация замолкла, но тише почти не стало. Все обсуждали вынужденную посадку.

В Семёновке таких событий пока не было.

Народ с удовольствием послушал много неведомых загадочных слов и проникся чувствами добрыми к умным людям, к начальнику да лётчику, некоторые любопытные граждане даже попробовали эти слова запомнить и догадаться – про какие эти самые штучки самолётные идёт беседа по рации.

– Выпей, дорогой, малость за удачную аварийную посадку! – пошел к нему из толпы со стаканом самогона в меру пьяный кузнец из МТС Выдрин.

Пилот засмеялся, спрыгнул с крыла, взял стакан, повернул Выдрина за плечо спиной к себе и вылил стакан в открывшийся от изумления рот кузнеца.

– Я дома коньяка глотну после полёта, – сказал лётчик. – Сами пейте пока за здоровье больного, к которому мы летим.

– Моя помощь не требуется? – спросил лётчика старлей Хохлов. Он приехал на мотоцикле. Наверное, самый первый.

– Де нет, мы сами, – пилот сдвинул фуражку с затылка и кокарда прикрыла глаза. – Сейчас техобслуживание прилетит. Нам одну деталь заменить и всё.

Колесо поставить новое – пятнадцать минут. Это если ребята ваши помогут крыло поднять на десять сантиметров. У вас вон сколько мужиков крепких!

Медсестра и врач открыли дверь и вскарабкались в кабину.

– Часто падают ваши самолёты? – крикнул из толпы завгар Матросов.

– За последние десять лет – один упал. «АН-2», – засмеялся лётчик. – Да и как упал? При сильном боковом его при взлёте мотнуло вправо, ребята не успели рулями двинуть. Он с трёх метров и плюхнулся.