Романовы forever

Шутка ли: семьи всех колонизаторов переводятся на полное государственное обеспечение второй степени! На двести лет! Под личную гарантию Дома Романовых! Мы, слава богу, не в какой-нибудь Швейцарии, а в стабильной России живем, можно положиться на такие обещания. Горжусь, что я русский!

– Хорошо, Александр Владимирович, – подвел итог император, вставая. Сухомлинов, поскрипывая суставами и покряхтывая, поднялся вслед за ним. – Спасибо за доклад. К сожалению, меня ждут неотложные дела.

Распрощавшись с военным министром, государь выкатился вслед за ним на гироскутере из Парадного кабинета и направился к пандусу на лестнице.

Через несколько секунд монарх оказался в парке; дородный казак-телохранитель едва поспевал за своим высокопоставленным подопечным. Если бы Николай Константинович был на тридцать лет младше и на несколько рангов ниже, то можно было бы сказать, что он несется по аллее сломя голову.

По-гимназически радуясь, что остался без присмотра деятельного Столыпина, государь спрыгнул с гироскутера и подбежал к дверям императорского гаража.

Неотложным делом правителя было собственноручное создание автомобиля-амфибии с крыльями.

Одноэтажный императорский гараж, изогнутый подковой, и такая же по форме императорская конюшня располагались друг против друга, образуя, если посмотреть с квадрокоптера, некий магический круг. В центре круга частенько пересекались отец – ярый автомобилист и дочь – страстная лошадница.

Но сейчас возле входа в конюшню стоял дюжий мо?лодец в клетчатой рубахе и, бормоча что-то под нос, бил себя ручищами по грязным джинсам.

Штаны щедро дарили миру травинки, веточки, гравий и комочки земли в большом количестве.

В сердитом парне император узнал одного из потенциальных зятьев – а именно Алексея Поповича. Поскольку участники конкурса жили во дворце Екатерины, император до сих пор с ними не встречался, разве что изредка видел из окна, и, как и сотни миллионов зрителей по всему миру, знал имена женихов только из телевизора.

Николай Константинович, любопытствуя, подошел поближе, сделав знак казаку оставаться рядом с гаражом.

– Нужна помощь?

Детина, не поднимая белобрысой головы, пробурчал:

– Поздно. Помощь нужна была десять минут назад, когда проклятая лошадь скинула меня в кусты. Помощь в том, чтобы ее пристрелить.

– Ну-ну, зачем же так резко, – добродушно сказал Николай Константинович. Он был страшно доволен, что может вот так запросто, без надоедливых камер, поболтать с возможным мужем своей дочери.