Императрица online

Императрица подавила внутреннюю вспышку ярости – Романовы всегда превосходно владели собой – и спокойно спросила:

– Мелисса Карловна, я вижу, дело не только во втором солнце. Что происходит? Вы всегда очень энергичны, но сегодня буквально олицетворяете собой стресс.

Глава правительства посмотрела на Генри. Тот моментально всё понял и выключил камеру. Мелисса наклонилась к Екатерине и прошептала, выдыхая хвойную свежесть (судя по запаху – молодые еловые веточки, продававшиеся в пассаже Второва в вакуумной упаковке и заменявшие гражданам империи американский чуинг-гам):

– Курить хочется до чёртиков.

– Вы курите? – удивилась Екатерина.

– Уже нет. Последние два дня. Пытаюсь бросить. Вы представьте, какой скандал будет, если до прессы дойдёт, что лидер самой экологичной партии в мире курит.

– Конечно. Тяжело без сигарет? – Екатерина, преисполнившись сочувствием, простила Мелиссе её нападки. Трудно бороться с тем, что сильнее тебя. Премьер-министр отчаянно мечтала о табаке, императрица – о вольном ветре, бьющем в лицо беззаботному всаднику.

– Видите, руки трясутся? – Мелисса вытянула ухоженные пальчики, которые и правда мелко дрожали. – Вообще себя не контролирую.

После того, как взбудораженная, нервная глава правительства улетела на своём гироскутере объясняться с коллегами, а Столыпин выбежал в коридор поговорить по перстню-разумнику со своей мамочкой, Екатерина встала из-за стола и повернулась к мужу:

– Генри?

– Да, Кейт? – Он складывал камеру в сумку.

– Знаешь, о чём я думаю?

Генри выпрямился и подмигнул новобрачной.

– Полагаю, о том же, о чём и я. – Он подошёл поближе и крепко обхватил её за талию. За последние дни молодой муж ясно дал ей понять: англичане только кажутся сдержанными; под внешней замороженностью кроется горячая лава страстей. Одним движением Генри усадил Екатерину на антикварный стол. Серые глаза оказались совсем близко. – Надеюсь, мы не оскорбим память твоих предков, решавших здесь проблемы мирового масштаба?

– О! – покраснела Екатерина, обнимая супруга и пропуская между пальцами короткие, жёсткие рыжие пряди.

Генри, похоже, растерялся. По крайней мере, выпустил жену из объятий.

– О каких ещё коммунальных квартирах? – Рыжие брови сошлись на переносице.