Полное собрание сочинений. Том 14. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть вторая

Отправляемому Алпатычу надо было дать так много инструкций, и князю казалось, что никто заменить его не может.

– Почтовой бумаги, смотри же, этой золотообрезной – вот образчик, чтобы непременно по нем была. Потом протоколисту, этому мерзавцу, скажи, чтоб он записи мне выдал все. «Они всё запутают без меня, – думал он. – Лысые Горы чресполосны будут».

Потом была нужна покупка флера для портрета, потом ящик переплетный надо было заказать для укладки завещания.

Алпатыч принимал приказания, но удивлялся: никогда князь так подробно, мелочно, торопливо не доходил до всего.

Отпустив Алпатыча, князь раскрыл завещание свое, которое он вынимал для мерки, и стал читать, надев очки.

«Ах, да, еще надо приписать статью о том случае, коли у внука не будет потомства».

Но, затворив дверь, князь устал и стал[347 - Зач.: писать] перечитывать прежнее и писать новое. Завещание было очень пространное и обстоятельное, и князь испытывал успокоивающее чувство заниматься этим делом, которое будет иметь действие, когда его самого не будет.

Тогда всё будет ясно, спокойно, – представлялось ему, – и он с особенным удовольствием обращался к тому времени. – Уже было поздно, когда князь встал от стола, но спать[348 - Зачеркнуто: еще не] ему не хотелось, но он знал, что не заснет и что самые дурные мысли приходят ему в постели – он вспомнил еще поручение Алпатычу: к имянинам Коли купить лошадь, позвал Алпатыча и подробно рассказал, какую.[349 - На полях: Но вдруг постель стала колебаться. Он стал тяжело, поспешно дышать. Он торопился, он заботился – не об чем еще было – но он уже заботился.– Да, и тело больно и духом не могу, не могу понять всей этой путаницы.]

[Далее от слов: Погуляв потом по комнатам и примеривая всякий уголок, хорошо ли тут будеть спать… кончая: он открыл закрывшиеся было глаза близко к печатному тексту. Т. III, ч. 2, гл. III.]

«Тяжело, больно! Нет спокою телу, а духу еще, еще тяжеле. Не могу, не могу понять и запомнить всё, что надо.

Да, да, еще что-то приятное было, очень что-то приятное я приберег себе на ночь в постеле. Лимонад? Нет, что такое, что-то в гостиной было? Княжна Марья что-то врала. В кармане что-то… Не вспомню».

– Тишка! Об чем за обедом говорили?…

– Об князе Михайле.

– Молчи, молчи.

Князь захлопал рукой по боковому карману камзола. «Знаю, письмо князя Андрея. Княжна Марья что-то про Витебск говорила, теперь прочту».

<Он> достал письмо[350 - Зач.