Полное собрание сочинений. Том 14. Война и мир. Черновые редакции и варианты. Часть вторая

Но Ростовы мало ездили в свет и мало принимали не оттого, что дела шли хуже, а оттого, что Наташа, к удивлению родителей, сказала им, что она отказала князю Андрею и что ей скучно ездить на балы. Она целые дни проводила одна в своей комнате, ничего не делая, не читая, ни поя, ни играя. Она очень побледнела и похудела. Призываемые доктора предписывали ей рассеяние, но она не хотела переменять своего образа жизни. С Соней она была ласкова, но никогда не говорила ни об Андрее, ни об Анатоле и сердито плакала, когда ей напоминали о том или другом.

Она редко оживлялась только с Петей, который готовился к университету и которому было теперь 15 лет, и с другим старым Петей – Pierr’oм, который часто эту зиму езжал к ним и с которым она[246 - Зач.: раза два серьезно и со слезами говорила о князе Андрее о своем отказе ему, о том, что она не может] оставалась в веселых, шуточных отношениях. – Pierre сказал ей раз потом, что он на днях ждет в Москву своего друга князя Андрея, не нужно ли ей что-нибудь передать ему. Ах, нет, ничего.

Нет, не говорите ему, что вы со мной видитесь.>[247 - На полях: Всё всегда известно. И история Анатоля с Наташей была известна с прибавками клеветы всей Москве.]

* № 167 (рук. № 89. T. III, ч. 1, гл. XVI—XVIII).

Граф был в отчаянии, он выписал жену, и оба ходили за Наташей, как за больной. Доктора ездили к ней, но прямо говорили, что болезнь нравственная. Наташа мало ела, мало спала и ничего не делала, сидела на одном месте, изредка говоря ничтожные вещи. Когда ей напоминали о к[нязе] Андрее[248 - к[нязе] Андрее позднее исправлено из: том] или[249 - Зачеркнуто: другом и надписано: Анатоле] Анатоле, она сердито плакала.

Больше всех она любила быть с братом Петей и с ним иногда смеялась. Другой человек, с которым она оживлялась иногда, был Pierre. Pierre целые дни проводил у Ростовых и с нежностью и деликатностью, которую одна Наташа вполне ценила, обращался с ней.[250 - Зач.: Он иногда смешил ее, но]

На страстной неделе Наташа говела, но она не хотела говеть со всеми в приходской церкви.

Она с няней отпросилась говеть особенно в известной няне особенной церкви Успенья на плоту. Там особенный был священник, очень строгий и высокой жизни, как говорила няня. Няня была верный человек, и потому Наташу пустили с нею. Каждую ночь няня в 3 часа со свечой будила[251 - Зач.: разоспавшуюся] Наташу. Она[252 - Зач.: зябла] испуганно – не проспала ли? – вскакивала, озябшая, умывалась, одевалась, и повязавшись платочком —[253 - Зач.